ЦБ 28.10
$69.81
81.03
ММВБ 28.10
$73.2
86.68
Эко_Моб

АЛЕКСАНДР КУЧАЕВ: Почему бизнесу выгодно быть экологически ответственным?

Фото: Business FM Петербург

Согласно Экологической политике до 2030 года, Смольный сделает акцент на стимулировании предприятий, которые проводят «зелёную» модернизацию производства, внедряют современные технологии и уменьшают нагрузку на окружающую среду. Почему бизнесу выгодно быть экологически ответственным? В каких проектах могут принять участие петербургские компании? Какие бесплатные обучающие программы по экологической безопасности доступны для сотрудников предприятий? И что принципиально изменится с января 2022 года в связи с началом работы Регионального оператора по обращению с отходами? Эти и другие темы – в специальном выпуске программы «Бизнес-надзор» в рамках проекта «Eco-friendly». Шеф-редактор Business FM Петербург Максим Морозов беседует с временно исполняющим обязанности председателя Комитета по природопользованию, охране окружающей среды и обеспечению экологической безопасности Александром Кучаевым.

Максим Морозов: В студии Максим Морозов. Сегодня я рад приветствовать временно исполняющего обязанности председателя Комитета по природопользованию, охране окружающей среды и обеспечению экологической безопасности Александра Кучаева. Александр Вячеславович, здравствуйте!

Александр Кучаев: Здравствуйте, Максим! Здравствуйте, уважаемые радиослушатели!

Максим Морозов: Наша программа называется «Бизнес-надзор», но сегодня можно назвать «Эко-бизнес-надзор», потому что мы будем говорить о взаимодействии бизнеса, госорганов в части «зелёного поворота». Начнём мы с основополагающего документа. Экологическая политика Петербурга на период до 2030 года предусматривает экономическое стимулирование охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности, в частности за счёт стимулирования предприятий, которые осуществляют программы экологической модернизации производства, внедряющих наилучшие из доступных технологий, уменьшающих антропогенную нагрузку на окружающую среду. Как происходит экономическое стимулирование предприятий, которые придерживаются «зелёной» стратегии развития?

Александр Кучаев: В последние годы природоохранное законодательство претерпело очень сильные изменения. В частности, появился реестр объектов, осуществляющих негативное воздействие на окружающую среду. Все организации, которые эксплуатируют такие объекты, должны вставать на учёт. Реестра два: есть федеральный реестр, который ведёт Росприроднадзор и есть региональные реестры, ведение которых осуществляют органы государственной власти субъектов Российской Федерации. На учёте в региональном реестре сейчас стоит более шести тысяч объектов. Ещё несколько тысяч у Росприроднадзора. Самые опасные объекты, которые относятся к объектам первой категории, в обязательном порядке стоят на учёте в федеральном реестре. То есть, для Санкт-Петербурга можем, например, вспомнить петербургский Водоканал. Всего категорий четыре. В зависимости от того, в какую категорию предприятие попадает, определяются требования природоохранного законодательства. Самая низкая категория – четвёртая. Эти предприятия оказывают незначительное воздействие на окружающую среду.

Максим Морозов: Для примера, что это может быть?

Александр Кучаев: Например, какой-то офис, какое-то небольшое здание с минимумом выбросов, которое, например, отапливается своей газовой котельной, где не ведётся деятельность по обращению с опасными отходами. Третья категория. Как правило, туда могут попасть, допустим, шиномонтаж, кафе, потому что практически у всех организаций общественного питания есть источники выбросов, и в составе выбросов есть вещества первого и второго класса опасности, поэтому они попадают в третью категорию. В отношении четвёртой категории природоохранное законодательство очень и очень лояльно, поэтому в неё выгодно попадать. И если можно предпринять организационные меры для того, чтобы оказаться не в третьей, а в четвертой, то это того стоит.

Максим Морозов: Их категории в категорию как часто мигрируют предприятия? Что для этого необходимо?

Александр Кучаев: Необходимо соответствовать требованиям, которые установлены постановлением правительства. Какие плюсы? Четвёртая категория. Во-первых, эти организации не платят за негативное воздействие на окружающую среду. Мы постепенно подходим к экономическому стимулированию. Чем больше ты воздействуешь на окружающую среду, тем больше ты вносишь плату за негативное воздействие. Почему выгодно быть экологичным? Если ты отправил свои отходы не на захоронение или хотя бы часть из них отсортировал, отправил на вторичное использование, то те отходы, которые уехали на полигон, их объём уменьшился – ты меньше платишь за негативное воздействие.

Максим Морозов: Быть экологически ориентированным – выгодно?

Александр Кучаев: Безусловно, выгодно. Есть, правда, нюансы. Есть и недобросовестные организации с точки зрения соблюдения требований природоохранного законодательства, которые пытаются на этом экономить. Допустим, отправляют свои отходы не на легальный полигон, а на несанкционированную свалку. Если мы будем говорить о бизнесе, в котором отходов образуется много, то это значительная экономия. Но можно посмотреть на эту проблему с другой стороны. Помимо воздействия на окружающую среду негативного, помимо того, что не поступают средства в бюджет, они ещё фактически занимаются недобросовестной конкуренцией по отношению к организациям, которые работают в этой же сфере.

Максим Морозов: Добросовестно.

Александр Кучаев: Да. Которые вкладываются в природоохранные мероприятия, платят за негативное воздействие. Здесь у государства есть ещё одна функция. Это функция по государственному экологическому надзору.

Максим Морозов: Как у нас осуществляется на практике? Как теоретически можно отследить: в Петербурге несколько сотен тысяч юридических лиц. Весомая доля из них – это компании, которые образуют отходы. Как за всеми уследить?

Александр Кучаев: Для этого существует целый ряд механизмов и задействован целый ряд органов государственной власти и правоохранительных органов, в зависимости от степени опасности и того, что конкретно происходит. Если мы говорим про добросовестных природопользователей, юридические лица, которые стараются соблюдать требования законодательства, то в отношении таких организаций проводятся, как правило, только плановые проверки, причём если это предприятие по категории риска достаточно высокие.

Максим Морозов: Вы уже знаете, что это предприятие образует отходы? Оно есть в этом самом реестре? Вы знаете адрес, и вы в этот адрес приходите?

Александр Кучаев: Да, произошло изменение. Изменился в том числе подход. Организации, оказывающие негативное воздействие на окружающую среду, должны самодекларироваться. Фактически это самодекларирование происходит путём поставки на учёт. Объекты четвёртой категории не обязаны вести производственный экологический контроль. А вот начиная с третьей (третья, вторая, первая категория) – организации ведут производственный экологический контроль и ежегодно предоставляют в государственные отчёт.

Максим Морозов: Начиная от шиномонтажа, условно, чтобы нам понимать, третья категория – это, например, шиномонтаж?

Александр Кучаев: Да.

Максим Морозов: А насколько стремятся люди, раз вы говорите о заявительном порядке, сами вноситься в этот реестр?

Александр Кучаев: Очень многие, действительно, стремятся и искренне соблюдают требования законодательства.

Максим Морозов: Александр Вячеславович, когда дело добровольное, то можно схитрить и можно не вноситься.

Александр Кучаев: Нет. Это обязанность.

Максим Морозов: Если говорить о стимулировании, в том числе методах экономического, внеэкономического стимулирования предприятий быть добросовестными в части выполнения экологических требований. Мы сказали, что есть серьёзные штрафные санкции, контрольная работа, отчасти рискоориентированный подход, предупреждение правонарушений.

Александр Кучаев: Мы занимаемся, причём с активным участием достаточно крупного бизнеса экологическим просвещением. У крупных организаций, можно вспомнить, например, «Российские железные дороги», компанию «Данон», пивоваренную компанию «Балтика», у них достаточно хорошо работают экологические службы, которые занимаются, в том числе не только экологизацией своего бизнеса, но и экологическим просвещением. Они действительно внедряют в свои производственные процессы «зелёные» технологии, стараются на субподряд привлекать организации, которые наиболее экологичные. Говоря о стимулировании бизнеса, государство выстраивает такое правовое поле, в котором выгодно быть экологичным. У нас, например, введены нормативы утилизации тары и упаковки. Теперь все производители определённых товаров, из которых образуется определённый объём доходов, которые могут быть вовлечены в хозяйственный оборот, обязаны выполнить так называемый «норматив утилизации». Образно говоря, пивоваренная какая-нибудь компания производит свою продукцию, у неё есть тара, стеклянные бутылки. Определён объём (который устанавливается на федеральном уровне, и ежегодно процент увеличивается) тары, компания должна обеспечить её сбор и вовлечение во вторичный оборот. Если компания не выполняет этот норматив утилизации, она должна заплатить утилизационный сбор. Соответственно, государство стимулирует создание бизнесом мощностей для утилизации и вовлечения во вторичный оборот тары и упаковки. Причём здесь нужно отметить, что предусмотрено в методиках расчёта утилизационного сбора, если ты не выполняешь норматив утилизации, если ты свою, например, упаковку производишь из вторичных ресурсов, то у тебя будет понижающий коэффициент при расчёте норматива утилизации. Это действительно очень сложные механизмы. Для крупного бизнеса эти расчёты выполняют профессиональные экологи. Как правило, в штате крупных компаний есть целые структурные подразделения.

Максим Морозов: Если резюмировать коротко, то выгоднее предприятию самому собрать эту тару обратно, нежели платить утилизационный сбор.

Александр Кучаев: Да, но зачастую самому собирать тару обратно достаточно сложно. И для сбора необходимого объёма задействуют...

Максим Морозов: Подрядные и партнёрские организации.

Александр Кучаев: Да. Задействуют партнёрские организации. Мы даже столкнулись с тем, что на одной из проверок организацию, которая занимается заготовкой вторсырья, проверяли вместе с прокуратурой. Помимо обычных для нас вещей, например, таких, как картон, полиэтиленовая плёнка, увидели достаточно большой контейнер с батарейками. И очень сильно удивились. Потому что мы понимаем, что батарейки – это не тот отход, который производит бизнес. Больше он образуется, конечно, в домашнем хозяйстве.

Максим Морозов: У физических лиц.

Александр Кучаев: Да. И задали вопрос: «Зачем он собирается?» Оказалось, что у индивидуального предпринимателя договор с организацией, которая производит элементы питания. Они для того, чтобы выполнить свой утилизационный норматив, должны определённый объём собрать. Заключают договор и привлекают малый бизнес.

Максим Морозов: Такая кооперация бизнесов, причём самых разных.

Александр Кучаев: Да, безусловно. И дальше для того, чтобы утилизировать, нужны мощности по утилизации. Крупные игроки, у которых большие объёмы того, что они должны отобрать, они становятся заинтересованными в развитии этих производств. Либо они могут кого-то брать на субподряд, либо строить своё. Но, таким образом, государство сконструировало правовое поле, которое стимулирует вовлекать во вторичный оборот всё большие и большие объёмы вторичных ресурсов.

Максим Морозов: Если обратиться к Экологической политике Санкт-Петербурга на период до 2030 года, она предусматривает обучение коммерческих и некоммерческих организаций методам управления с учётом экологических требований. Здесь я вас хотел попросить привести примеры курсов, тренингов. В чём заключается запрос со стороны организаций? Какую методическую помощь оказывает администрация города?

Александр Кучаев: Таких обучающих программ в Санкт-Петербурге достаточно много, много кто их реализует. По действующему законодательству есть обязанность по обязательному обучению руководителей предприятий, небольшой курс, который даёт общие знания о том, что должно делать предприятие для того, чтобы находиться в правовом поле с точки зрения природоохранного законодательства. Есть, например, курсы для определённых специалистов, которые работают на предприятиях. У нас, например, все водители, которые транспортируют опасные отходы, должны пройти обязательное обучение. По-моему, программа из 116 часов.

Максим Морозов: Получается, априори водитель условного спецтранса должен пройти такое обучение?

Александр Кучаев: Да. У условного спецтранса, крупных игроков мусорного рынка водители в 99% случаев такое обучение проходят. Природоохранное законодательство достаточно динамично меняется. И для того, чтобы специалисты, которые занимаются этими вопросами на предприятиях, были в курсе последних изменений, мы ежеквартально проводим семинары. Они с учётом ковидных ограничений у нас в прошлом году проходили онлайн, но в этом году мы вернулись к смешанному формату.

Максим Морозов: Для кого? И как попасть?

Александр Кучаев: Попасть абсолютно бесплатно можно всем желающим. Как правило, информацию, о проведении подобных семинаров мы размещаем где-то за месяц, и ведём запись на них.

Максим Морозов: Эти семинары ориентированы на кого?

Александр Кучаев: Они ориентированы на специалистов-экологов предприятий, на руководителей предприятий. Мы их выстраиваем таким образом, что минимум лекционной части и максимум ответов на вопросы. Стараемся ответить на все вопросы, которые возникают у специалистов на предприятии, как им соблюсти требования природоохранного законодательства.

Максим Морозов: Практикоориентированный курс.

Александр Кучаев: Безусловно. Это даже не курс. Это живое общение, в котором мы тоже получаем обратную связь. Видим какие-то, может быть, пробелы в законодательстве и для себя тоже можем принимать решения с точки зрения разработки предложений по изменениям нормативно-правового регулирования, направления информации о том, что здесь есть пробел.

Максим Морозов: В регулировании.

Александр Кучаев: В регулировании. У нас, например, объекты негативного воздействия должны встать на учёт в течение полугода с начала осуществления деятельности. С 1 января этого года на учёт должны вставать и объекты капитального строительства. Раньше они не должны были вставать на учёт. Такой интересный момент: бывают объекты капитального строительства, которые, например, реализуются быстрее, чем за полгода. Их немного, но они бывают. И это сразу вопрос (это может быть какой-то отдельный вид работ): «А надо нам вставать на учёт или не надо?» Здесь определённый пробел, потому что, даже не встав на учёт, эта организация ничего не нарушит. Но, правда, объекты, которые реализуются менее полугода, по действующему законодательству будут являться объектами четвёртой категории, соответственно, они не должны будут вносить плату за негативное воздействие. Тут, может быть, им действительно выгоднее встать, чтобы не заплатить за те отходы, которые у них образовались при производстве их работ.

Максим Морозов: Вы говорите, сейчас курсы, в основном, перешли в онлайн, пандемия, мы понимаем ограничения, но когда-то это всё закончится. Предполагается, в том числе, выезд на конкретное предприятие?

Александр Кучаев: Нет. Это предполагает, что мы собираем представителей организаций в зале, все слышат вопросы, которые задают. Может быть, как правило, проблемы одинаковые, соответственно, бизнес ещё учит друг друга, как выходить из той или иной ситуации. Это живой диалог. А то, что вы сказали, – нас ждёт очень интересное нововведение со следующего года. Поменялся закон о госнадзоре, появились новые виды мероприятий. И, в частности, в следующем году появится такой вид мероприятий, как «инспекционный визит». Это не проверка.

Максим Морозов: Ох, я думаю, сердце ёкнуло уже у предпринимателей. Насколько регламентирована процедура?

Александр Кучаев: Процедура регламентирована. По результатам инспекционного визита нельзя составлять протоколы об административных правонарушениях. Кроме того, от инспекционного визита можно отказаться.

Максим Морозов: Можно не пустить контролёра?

Александр Кучаев: Да. Можно написать, что нам это не требуется. Но, по большому счёту, если у организации нет на территории чего-то жуткого-жуткого, несанкционированной свалки, я думаю, что нас, как надзорный орган, дорожит, если нас на какое-то производство будут активно не пускать и не захотят с нами пообщаться. Но это право предприятия.

Максим Морозов: Это консультативный визит?

Александр Кучаев: Да, это именно консультативный визит, когда придёт инспектор, но он придёт не на проверку, а расскажет по итогам своего визита, где, возможно, есть недоработки, на что нужно посмотреть.

Максим Морозов: Расскажите, пожалуйста, о принципах работы экомобилей и экобоксов.

Александр Кучаев: Город уже 10 лет существует с системой сбора опасных отходов. В этом году эти полномочия вернулись в Комитет по природопользованию, мы организуем эту работу. Сократилось сейчас количество, к сожалению, видов отходов, которые можно сдавать в экомобили, но эта ситуация в ближайшее время будет меняться. Принцип работы следующий. Экобоксы, экотерминалы стоят стационарно. В них можно сдать ограниченный набор отходов: это термометры, батарейки и небольшие люминесцентные лампы. Экомобиль принимает чуть больше видов отходов. У нас был опыт работы, лет, наверное, пять назад у нас функционировали в городе стационарные пункты приёма опасных отходов, которые пользовались достаточно большой популярностью у жителей. Туда можно было сдать и просроченные лекарства, и покрышки, и химические отходы, например, лаки, краски, которые у вас остались после ремонта, отходы опасные, и их неправильно утилизировать с обычными коммунальными отходами. Такую возможность мы предоставляли. В этом году мы планируем открыть четыре таких пункта, они будут открыты в октябре. Первые откроются в Красносельском, Колпинском, Василеостровском и Невском районах. Красносельский район – Петергофское шоссе, 51/а. Колпино –улица правды напротив дома 13/11. Василеостровский район – улица Наличная, 32. И улица Бабушкина, 69, это недалеко от станции метро Ломоносовская.

Максим Морозов: Планируется увеличение сети?

Александр Кучаев: Да. Мы планируем, чтобы было минимум по одному такому пункту в каждом районе города. И потом посмотрим по востребованности. Будем рады обратной связи с точки зрения того, какие отходы есть потребность сдавать. Но это всё касается именно отходов физических лиц. Услугами этих пунктом могут воспользоваться только физические лица. Юридические лица хозяйствующего субъекта должны оплачивать утилизацию отходов, которые у них образуются. Эта практика в городе существует уже лет 10. Поэтому, в хорошем смысле слова, у многих уже вошло в привычку. Если говорить о подрастающем поколении, то для них это вообще очевидные вещи. Я по своим детям сужу: они никогда не выбросят в ведро с твёрдыми коммунальными отходами, с обычным мусором, например, батарейку или люминесцентную лампу, потому что с детства знают, что это подлежит утилизации отдельно, что это опасно. Об этом рассказывают и в школах. Кстати, через детей очень хорошо...

Максим Морозов: Эффективно до родителей.

Александр Кучаев: Да, просвещать и родителей. Потому что когда для ребёнка это становится очевидным, то взрослому поступить иначе тоже зачастую будет просто стыдно.

Максим Морозов: Интересное наблюдение. Ещё расскажите, пожалуйста, в чём заключается идея о попечительстве бизнеса над отдельными водными объектами? Как представители делового сообщества могли бы присоединиться к данной инициативе, к аналогичным проектам?

Александр Кучаев: Такая идея действительно существует. Все мы видели, например, в зоопарке табличка, что такая-то организация взяла шефство над определённым зверем или птицей. На мой взгляд, эту же практику вполне можно распространить на водные объекты с точки зрения обеспечения их уборки. В городе более тысячи объектов. В рамках программы комитета мы убираем 338 объектов регулярно, ежегодно. Кроме того, по заявкам на портале «Наш Петербург», мы убираем и другие объекты, если это требуется. В принципе, мы можем поделиться и заключить соглашение, что какая-то ответственная организация возьмёт опеку о, допустим, водном объекте, пусть даже небольшом.

Максим Морозов: Шефство над каким-то прудом?

Александр Кучаев: Да. Может быть, это можно выполнять своими силами, если есть какой-то производственный блок, можно взять кого-то на подряд и финансировать эти работы.

Максим Морозов: Может появиться табличка?

Александр Кучаев: Я думаю, что это вполне возможно.

Максим Морозов: Просто технически. Допустим, какая-нибудь компания послушала нашу с вами передачу и захотела шефство взять над какой-нибудь рекой, над водным объектом, над прудом, озером и так далее. Что нужно пошагово делать?

Александр Кучаев: Нужно обратиться в комитет. Давайте попробуем. Это пока только идея. Вы можете стать первыми.

Максим Морозов: Как, на Ваш взгляд, стимулировать в компаниях и на предприятиях сбор макулатуры, организацию раздельного сбора отходов, участие в субботниках, аналогичных мероприятиях на регулярной основе? Чтобы это было не спорадически, и не один раз в 10 лет вот мы всем коллективом вырвались, а всё-таки на регулярной основе.

Александр Кучаев: Это разные вещи. Есть, например, перечень товаров и отходов, которые запрещены просто к захоронению. И макулатура в их числе. Нельзя отправить на полигон макулатуру. Это будет нарушение природоохранного законодательства, и ответственность административная за это может наступить.

Максим Морозов: Обычная офисная бумага, из принтера?

Александр Кучаев: Да. Она должна уехать на переработку в обязательном порядке. Её по нашему законодательству нельзя отправлять на полигон. Запрет на утилизацию отдельных видов отходов. Там очень много различных металлов, туда входит оргтехника. Перечень большой.

Максим Морозов: Я к тому клоню, что, допустим, небольшая компания, в штате, может быть, четыре-пять, до 10 человек. И они по-хорошему эту бумагу из принтера выбрасывают в обычный мусор, и об этом не думают никогда, и никогда вы их не поймаете за это. Таких компаний сотни тысяч.

Александр Кучаев: На самом деле, поймаем.

Максим Морозов: Поймаете. Неотвратимость наказания, я согласен.

Александр Кучаев: Проверяется это документарно. Понятно, что в результате деятельности определённых организаций с определёнными видами деятельности образуются определённые виды отходов. Инспектор это хорошо знает. Он просто спросит: «Где документы, которые подтверждают утилизацию этого вида отходов?»

 

Максим Морозов: А про раздельный сбор тогда? Про макулатуру – понятно. Как стимулируется на предприятиях раздельный сбор? В принципе, в компаниях.

Александр Кучаев: Все организации должны иметь договоры на вывоз отходов. И, я так понимаю, от количества отходов, направленных на утилизацию зависит размер платы, которую они платят за кубометр мусора. Если туда отбирать пластиковые бутылки, какой-то картон, вы минимизируете объём образованных отходов, соответственно, вы меньше платите за вывоз мусора. А это вторичное сырьё, что может быть вовлечено во вторичный оборот, можно договориться, чтобы забирали бесплатно.

Максим Морозов: Можно, в принципе, на предприятии, в компании организовать, так: бумагу мы складываем – отдельно, пластиковые бутылки – отдельно, металлы – отдельно, но когда приезжает мусоровоз, он же забирает всё вместе? Или можно договориться с партнёрами, которые приедут каждый за своим мусором? Как это сейчас сделать?

Александр Кучаев: Сейчас для производственных компаний это то, о чём вы говорите. Нет проблем заключить договор с несколькими организациями.

Максим Морозов: На вывоз мусора пофракционно, по категориям.

Александр Кучаев: Конечно. Причём на примере управляющих компаний, все мы видим, что стоят на многих контейнерных площадках клетки для пластиковых бутылок, которые, кстати, жители активно наполняют. Это к вопросу об экологической культуре. Всё-таки потребность у населения в этом есть.

Максим Морозов: Для компании, получается, это дополнительная статья расходов сейчас. Если я социально ответственный человек, экологически ответственный, мы на предприятии в компании стали разделять, мне надо не одного оператора нанимать, а троих.

Александр Кучаев: Полезные вещи, например, макулатуру в принципе сдают за деньги.

Максим Морозов: Символические, правда.

Александр Кучаев: Символические, но это значит, что у вас её минимум бесплатно могут вывезти. Если вы накопите определённый объём, в этом нет никаких проблем.

Максим Морозов: Ноль издержек, её вывезут за себестоимость?

Александр Кучаев: Да. А вы на объём этой макулатуры сократите количество тех отходов, которые отправили за деньги. Здесь нужно сказать, что сейчас у нас меняется система обращения с отходами.

Максим Морозов: Давайте к единому оператору перейдём.

Александр Кучаев: Да.

Максим Морозов: Что изменится с 1 января 2022 года?

Александр Кучаев: С 1 января 2022 года все образователи отходов, как жители, управляющие компании и бизнес, должны будут иметь договор на вывоз коммунальных отходов с региональным оператором. Даже если (сейчас мы сталкиваемся с такими вопросами) у организации, например, трёхлетние контракты, эти контракты с 1 января (как только начинает действовать региональный оператор) теряют легитимность. Меняется принцип начисления платы за вывоз отходов. Теперь по договору с региональным оператором мы будем оплачивать вывоз отходов напрямую ему, а региональный оператор будет привлекать для вывоза отходов организации, которые называются операторами по обращению с отходами. Планируется, что региональный оператор возьмёт к себе на подряд несколько крупных.

Максим Морозов: Это спецтрансы будут.

Александр Кучаев: Например, могут быть спецтрансы. Конкурс сейчас должен состояться по зонам. Крупные операторы должны будут взять на субподряд более мелких. Наша задача, по крайней мере на первом этапе, заключается, в том числе, в том, чтобы максимально сохранить все организации, которые занимаются вывозом отходов.

Максим Морозов: На какой положительный эффект для экологии вы рассчитываете?

Александр Кучаев: Соглашение рассчитано на 10 лет. Говоря простым языком, региональному оператору гарантировали, что плата за вывоз всех коммунальных отходов из Санкт-Петербурга в течение 10 лет будет поступать ему. Соответственно, он, как коммерческая организация...

Максим Морозов: Получает длинные деньги.

Александр Кучаев: Да. Он может, исходя из этого, планировать свою деятельность на среднесрочную перспективу.

Максим Морозов: Долгосрочную, я бы сказал, по нынешним временам ковидным, 10 лет – это долго.

Александр Кучаев: Это серьёзный срок. Оператор может и должен будет вкладываться в развитие инфраструктуры по обращению с отходами. Его задачи: обустройство объектов по сортировке, по переработке отходов. Кроме того, поставлена задача, чтобы у нас ежегодно сокращался объём отходов, которые напрямую едут на захоронение. Процент отходов, которые проходят обработку, из которых отбираются полезные компоненты, с каждым годом должен увеличиваться. Достижения этих показателей – тоже задача оператора.

Максим Морозов: Тариф. Понятно, не ваша епархия, но тариф будет динамическим, он будет меняться со временем?

Александр Кучаев: Тариф будет меняться, но установлена жёсткая планка для его ежегодного повышения.

Максим Морозов: Если вернуться к вопросу о раздельном сборе отходов, мне кажется, в том числе будет мотивировать отдельный сбор, когда будет видно на примере, что мы сдаём пластиковые бутылки, из них делают крошку, она идёт на вторичную переработку, из этого делают – что? Допустим, из покрышек после вторичной переработки делают безопасные, резиновые покрытия для детских площадок. Приведите, пожалуйста, несколько примеров, как это всё работает? Мы как минимум три фракции отправляем, что из них можно сделать?

Александр Кучаев: Из пластика можно делать строительные материалы, например, черепицу, тротуарную плитку, из бутылок даже делают мягкие детские игрушки. Бумага, школьные тетради, картон. Стекло тоже спокойно вовлекается во вторичный оборот: посуда, зеркала, оконные стёкла. Строительные отходы тоже, например. Вторичный щебень очень активно применяется в строительстве, когда сносят бетонную конструкцию, существует оборудование, которое дробит, получается вторичный щебень. Он несколько дешевле. Да, его не везде можно применять, но там, где он может применяться, его применять дешевле. При строительстве тех же, например, дорог.

Максим Морозов: Последний вопрос. Не хотелось бы на мусоре заканчивать. Петербург вошёл в десятку самых активных регионов по итогам всероссийской акции «ГЕН уборки». В городе было организовано три масштабных уборки. Например, в Курортном районе, ям посмотрел, участники не только привели прибрежную зону и акваторию в идеальное состояние, но и приобрели практические навыки. Были организованы мастер-классы от общественных организаций, также была экспозиция. Хотелось бы на примере данной акции, может быть, любой другой аналогичной, немного подробнее рассказать, что, кроме очевидной пользы для окружающей среды, участники там ещё и с пользой время проводят, получая полезные навыки, знакомятся и так далее.

Александр Кучаев: Да, безусловно. Акция, которая проходила в сентябре в Курортном районе, на мой взгляд, очень интересна была для всех возрастов. Там были как студенческие команды, так и команды достаточно взрослых людей. Были команды, которые приехали туда не командой, а собрались на месте, приехав по одному.

Максим Морозов: Сборные.

Александр Кучаев: Сборные. Было соревнование. Соревнование на воздухе. Повезло в этом году с погодой. Провести полдня на побережье залива с единомышленниками, безусловно, очень приятно. Многие организации устроили небольшие экспозиции, проводили интересные мастер-классы. Например «РЖД» демонстрировали, как работает шумомер. Нужно было громче крикнуть всей командой, чтобы получить большее количество шума. Выигрывал тот, кто громче крикнет. Интересно. Проводилось нашим гидрометром исследование пластика в рамках международного проекта «Микропластик» в водах Балтийского моря. Я даже для себя что-то новое узнал, пообщавшись с учёными, где его больше, где его меньше, как на это влияет дамба. Посмотрели, что за виды пластика удалось откопать на побережье. В городе стартовал месячник благоустройства. Будет целая серия мероприятий. Я думаю, что на сайте любой районной администрации будет об этом информация о этих мероприятиях, я всех приглашаю принять участие в «Месячнике благоустройства». Думаю, что если желание будет провести корпоративное мероприятие, корпоративный субботник, то организации могут обращаться в свою районную администрацию по месту нахождения. Я думаю, им подскажут, что хорошего может сделать организация для благоустройства района, и чем помочь.

Автор:
Поделиться
Комментировать Связь с редакцией
Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.

Рекомендуем

Ипотечные ставки вернулись к докризисным, а цены выросли на треть
Средняя ставка по ипотеке в России вернулась к докризисному уровню апреля 2020 года – 7,78% годовых, что означает завершение сезона дешевых жилищных кредитов.
Тест-драйв Bentley​ Bentayga Speed, Flying Spur и Continental GT Mulliner
Прекрасный пляж финского залива, роскошный ресторан для отдыха гостей между заездами и как будто специально вернувшееся в Петербург в начале октября тепло…
Объём инвестиций в коммерческую недвижимость России достиг  230 млрд. рублей
Не было бы счастья. Объём инвестиций в коммерческую недвижимость России в январе–сентябре достиг без малого 230 млрд рублей. Как прогнозируют эксперты,…

Комментарии

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.