ЦБ 07.12
$62.91
66.11
ЦБ 06.12
$62.18
65.52
ММВБ 06.12
$62,94
<66,18
BRENT 06.12
$81.60
5133
RTS 06.12
1098.91
Telega_Mob

УФНС: Триллионный бюджет Петербурга, работа с ЭЦП, медиация, проверки общепита и НДС

Фото: Business FM Петербург

За девять месяцев 2021 года в бюджетную систему России из Петербурга поступило более 1,5 трлн рублей. В консолидированный бюджет города направили почти 500 млрд, из них 48% занимает НДФЛ и 34% – налог на прибыль. В городе зарегистрировано 227 тысяч юридических лиц и 175 тысяч индивидуальных предпринимателей. С начала года деятельность прекратили примерно 26 тысяч предприятий и 31 тысяча ИП. Наиболее актуальные вопросы налогообложения – в интервью шеф-редактора Business FM Санкт-Петербург Максима Морозова с руководителем Управления ФНС по Санкт-Петербургу Александром Гнедых и уполномоченным по защите прав предпринимателей в Санкт-Петербурге Александром Абросимовым.

Максим Морозов: В студии Максим Морозов. Сегодня я рад приветствовать руководителя управления Федеральной налоговой службы по Петербургу Александра Гнедых и уполномоченного по защите прав предпринимателей в Петербурге Александра Абросимова. Александр Викторович, Александр Васильевич, здравствуйте!

Александр Гнедых: Здравствуйте!

Александр Абросимов: Здравствуйте!

Максим Морозов: Первый вопрос Александру Абросимову. Разворачивается дискуссия: ресторанам лучше в нерабочие дни работать по QR-кодам, либо всё-таки закрыться в эту нерабочую неделю?

Александр Абросимов: Бизнес был немного разочарован. Было постановление Правительства, рекомендующее предприятиям общепита, гостиничному бизнесу и другим к 1 сентября довести список привитых до 100%. Многие предприятия исполнили это решение, количество привитых сотрудников достигло уровня 90-100%. Сейчас меры ограничения распространились на всех, независимо от того, привиты коллективы, не привиты. Это вызвало у предпринимателей определённое разочарование. Многие были этим недовольны: с одной стороны, нам говорят «будем работать, сделайте», с другой стороны, сейчас такая ситуация сложилась. С другой стороны, мы все прекрасно понимаем, такого уровня заболевших в городе не было. Правительство города должно принимать определённые решения, как остановить распространение коронавируса.

Предложение было работать по QR-кодам, предложение было не работать. Но в связи с тем, что в городе небольшое количество привитых и имеющих QR-коды или шесть месяцев с момента заболевания коронавирусом (около 30%), бизнес посчитал, что убытки будут составлять до 70% ежедневно. Но, исходя из того, что Правительство Российской Федерации продекларировало, что на период ограничения работы будут рассмотрены возможности выдачи грантов, и впоследствии предусмотрена возможность получения кредитов по программе ФОТ 3.0. Так как на сегодняшний день условий ещё нет, кто сможет воспользоваться этим, и, памятуя, что у нас всё может быть, многие высказали такую точку зрения: «Мы не будем работать эти семь дней, чтобы, допустим, впоследствии, если будет продление локдауна, мы смогли бы воспользоваться мерами поддержки». Но надежда была высказана у всех представителей бизнеса, что с 8 ноября бизнес должен начать работать по QR-кодам.

Максим Морозов: Александр Викторович, вопрос: как в эти нерабочие дни будет работать налоговая, и инспекция, и управление? Какими темпами у вас идёт вакцинация?

Александр Гнедых: Начнём, наверное, всё-таки с вакцинации. У нас на данный момент корпоративный процент привитых составляет 81,6%. Плательщиков в эти дни мы принимать не будем, будем работать по необходимости. Начальники отделов принимают решение, сколько человек они выводят на работу сегодня, завтра, послезавтра. Руководство будет работать тоже по графику, будут дежурные.

Максим Морозов: Дистанционные сервисы в помощь.

Александр Гнедых: Да.

Максим Морозов: Законодательное собрание Петербурга утвердило осеннюю корректировку бюджета города на 2021 год: доходы вырастут на 20% до 782,5 миллиардов рублей; в основном, средства бюджету добавят сборы по налогу на прибыль юрлиц (плюс 56 миллиардов), на доходы граждан (плюс почти 34 миллиарда), а также федеральные 15 миллиардов рублей. От каких факторов будет зависеть собираемость налогов в Петербурге? Как бы вы в целом оценили динамику собираемости за последние несколько периодов?

Александр Гнедых: Мы берём отчётную дату, за 9 месяцев у нас в бюджет Петербурга поступило около 500 миллиардов рублей, которые администрируют налоговые органы Петербурга. Ещё будут поступления за четвёртый квартал. У нас по-прежнему два основных доходных источника формирования бюджета Петербурга: налог на доходы физических лиц, налог на прибыль организаций и другие источники, имущественный налог, специальные режимы. По всем направлениям идёт рост.

Наверное, основная причина – это подъём экономики. Мы видим, что растёт индекс промышленного производства. Динамика хорошая: 125%. Всё-таки мы сравниваем с не самым хорошим годом, с 2020. И, конечно же, улучшение качества администрирования, более тесное взаимодействие с налогоплательщиками. Работая с Александром Васильевичем в наших приёмных, я смело говорю, с наших совместных приёмов не вышел ни один налогоплательщик, вопрос которого был бы не разрешён либо у нас на приёме, либо ещё до его прихода, либо пока он с приёма вышел, доехал до своего офиса или до своего дома, или на следующий день. Не будем успевать принимать раз в месяц на наших совместных приёмах, будем такие приёмы проводить два раза в месяц, раз в неделю.

Максим Морозов: По собираемости вопрос. Я всё чаще от бизнесменов слышу, такая шутка: «Мы платим доходы не с доходов, а с убытков».

Александр Гнедых: Сложно с этим согласиться.

Александр Абросимов: Александр Викторович абсолютно прав, что если у тебя нет доходов, нет прибыли, соответственно, нет объекта налогообложения. Но есть падение потребительского спроса и так далее. Бизнес на уровень прошлых доходов не вышел.

Александр Гнедых: Наверное, более правильно можно было бы сказать следующим образом: если мы раньше зарабатывали очень много, то сейчас зарабатываем просто много или меньше, чем много.

Максим Морозов: Тоже можно и так ответить.

Александр Абросимов: Оптимистично.

Максим Морозов: Оптимистично. У нас сегодня духоподъёмная программа! Какова сумма начисленных имущественных налогов в Санкт-Петербурге за 9 месяцев?

Александр Гнедых: У нас около 35 миллиардов. По сравнению, в прошлый аналогичный период был 31 миллиард. Главный вид налога – налог на имущество граждан.

Максим Морозов: Как бы вы оценили динамику?

Александр Гнедых: Динамика 112%.

Александр Абросимов: И не только граждан, но и бизнеса. Налог на имущество. В прошлом году не было принято решение об увеличении кадастровой стоимости. Сейчас одно из предложений бизнеса – остаться на той кадастровой стоимости, которая есть, не увеличивать.

Александр Гнедых: Максим, по всем доходным источникам формирования бюджета Петербурга идёт положительная динамика.

Максим Морозов: Много раз уже упоминали слово «бизнес». Мой следующий вопрос, чтобы понять, сколько этого самого бизнеса сейчас как минимум зарегистрировано. Сколько юридических лиц и индивидуальных предпринимателей зарегистрировано в Петербурге по последним данным?

Александр Гнедых: По нашей отчётности, по состоянию на 1 октября у нас на налоговом учёте зарегистрировано 227 тысяч юридических лиц и 175 тысяч индивидуальных предпринимателей. За 9 месяцев прекратили деятельность 26 тысяч юридических лиц и 31 тысяча индивидуальных предпринимателей. По решению налогового органа по юридическим лицам: из 26 тысяч по 20 тысячам регорганом принятое решение по исключению. По индивидуальным предпринимателям из 31 тысячи – 15 тысяч. 16 тысяч сами приняли решение.

Александр Абросимов: Самозанятых у нас более 200 тысяч?

Александр Гнедых: Да.

Максим Морозов: Хотя бы оценочно из действующих: сколько из них «спящих», а сколько действительно активно ведут хозяйственную деятельность?

Александр Гнедых: Что такое «спящее предприятие».

Максим Морозов: Созданное, допустим, под проект.

Александр Гнедых: Созданное под проект предприятие предоставляет отчётность, но нулевую. У нас ещё достаточное количество предприятий, которые созданы, как под проект, но не работает достаточное количество времени. Тоже они исчисляются, и не 100, и не 200, а исчисляются тысячами.

Александр Абросимов: Есть вопрос, связанный с недостоверностью сведений. Иногда встречаются такие вопросы: на уведомлении налоговой о том, что: «Прошу уточнить сведения, связанные с юридическим лицом и так далее», либо несвоевременное получение, либо даже невнимательность сотрудников, либо ещё что-то. Поэтому налоговая даёт 30 дней на уточнение сведений. Иногда это остаётся не воспринятым. Дальше уже работает система-«автомат»: вы не пришли, 30 дней.

Александр Гнедых: Порядок такой. Произошло обследование местонахождения, собственник офиса, по адресу которого зарегистрировано юридическое лицо, говорит: «У нас такой компании в нашем офисе нет. Она когда-то была, они написали заявление. Мы расторгли договор».

Максим Морозов: Съехали.

Александр Гнедых: Съехали.

Александр Абросимов: Согласно тому, как осуществляется проверка, либо должно быть снято видео о том, что компания отсутствует, либо два человека, по-моему, понятых, составлен акт.

Александр Гнедых: Да, акт осмотра.

Александр Абросимов: Акт осмотра должен быть. У бизнеса, конечно, есть предложение. Александр Викторович, я понимаю, что не в вашей компетенции решить этот вопрос. Все сведения о компании есть в налоговой службе, в регистрирующем органе. Было бы совсем идеально, если бы уведомляли, что на такой-то день будет осуществлена проверка. У нас же всё-таки основной принцип, который сегодня правительство приняло, это предупреждение.

Максим Морозов: Риск-ориентированный подход.

Александр Абросимов: Риск-ориентированный подход.

Александр Гнедых: Абсолютно верно.

Александр Абросимов: Бизнес ведёт деятельность. Но потом он вдруг в один прекрасный момент узнаёт о том, что...

Максим Морозов: Попал в недостоверность.

Александр Абросимов: Да, в недостоверные сведения, список. Но у него работает контрольно-кассовая техника, он каждый день все чеки отправляет в налоговую службу, зaдаёт баланс. Да, есть его вина, потому что он несвоевременно отреагировал на письмо, которое поступило от налоговой.

Александр Гнедых: Александр Васильевич, немножко не так. Здесь есть тонкости. Например, это не означает, что руководитель предприятия должен с 8 до 17 находиться по месту регистрации. Мы сегодня говорим о другом. Когда руководитель офиса или собственник площадей подтверждает, что: «Такого предприятия у нас нет, и договор у нас, если и заключался, то раньше, а теперь он расторгнут», мы спрашиваем: «Где находится бизнес?»

Второй момент. Вы говорите: «Работает контрольно-кассовая техника, которая надлежащим образом зарегистрирована». Это разные вещи. Мы говорим о месте нахождения юридического лица по месту его регистрации. Но контрольно-кассовая техника у него может стоять в другом магазинчике. Мы не магазинчик проверяем. Мы проверяем соответствие нахождения юридического лица с данными, которые указаны в Едином государственном реестре юридических лиц.

 

У нас у каждого есть паспорт гражданина Российской Федерации. Каждый гражданин должен быть где-то зарегистрирован, точно так же и юридическое лицо. Никаких вообще проблем нет. У нас 80% всех регистрационных действий направляется в электронном виде. В чём проблема указать новый адрес нахождения компании, приложить договор? Или показать, что это собственность этой компании? Тогда не надо договора.

 

Александр Абросимов: В частности, вопросы, связанные с квалифицированной электронной подписью. У меня есть достаточное количество обращений, где электронная квалифицированная подпись просто подделана. Если у кого-то такая ситуация, то у меня просьба – сразу писать заявление в управление и уполномоченному, тогда я этот вопрос беру на контроль.

Остался вопрос, Александр Викторович. По заявлению предпринимателя по электронной цифровой подписи были поданы документы о замене генерального директора. После приёма разобрались, всё восстановили, достоверные сведения. Но электронная цифровая подпись является собственностью центра, который её выдаёт.

Александр Гнедых: Не собственностью центра. Она является собственностью того, кому выдали. Центр её просто узаконил. Электронный носитель же в руках того...

Максим Морозов: Флешка.

Александр Гнедых: Да, флешка у того, кому выдали.

Александр Абросимов: Всё равно подпись в центре остаётся. Если она действует. Допустим, когда человек, который воспользовался, мошенническим образом получил эту флешку. Установили, что это мошеннические действия, флешка у него на руках и осталась, и она продолжает действовать.

Александр Гнедых: Разумеется. Конечно, осталась.

Александр Абросимов: Я понимаю, с 1 января 2022 года всё это будет теперь под налоговой службой.

Александр Гнедых: Не всё. Налоговый орган является уполномоченным органом по выдаче ключа электронной цифровой подписи. Но у нас же есть и другие операторы, которые будут выдавать.

Александр Абросимов: Но они будут сертифицированы налоговой.

Александр Гнедых: 2022 год. А уже с 1 января 2023 года посмотрим, как законодательство...

Александр Абросимов: Как прекратить её действие? Я понимаю, что её можно прекратить по решению суда.

Александр Гнедых: Прежде, чем что-то прекратить, наверное, нужно вернуться назад. Кто был инициатором её изготовления?

Александр Абросимов: Мошенники.

Александр Гнедых: Нет, подождите. Мошенник обратился в удостоверяющий центр для того, чтобы на такую-то компанию изготовить. Изготовили. Далее. Как она использовалась?

Александр Абросимов: Были поданы документы на замену генерального директора.

Александр Гнедых: Совершенно верно. Для совершения регистрационных действий. Правильно?

Александр Абросимов: Да.

Александр Гнедых: Об этом узнаёт реальный руководитель или учредитель компании, участник общества. Руководитель узнаёт, приходит в налоговый орган. Мы ему говорим: «Пожалуйста, вот же, вашей ЭЦП было подписано». Он говорит: «Я не изготавливал никакую ЭЦП». Что должно сделать в этом случае лицо? Обратиться в правоохранительный орган. Ведь удостоверяющий центр выдаёт ЭЦП конкретному гражданину, у кого есть паспорт, СНИЛС, целый пакет документов. Они скажут: «Мы выдали такому-то гражданину». А дальше правоохранительный орган задаст вопрос: «А вы на основании чего подготовили пакет документов, подписали его электронной цифровой подписью и подали в регистрирующий орган на совершение регистрационного действия?» Это самое настоящее мошенническое действие в моём понимании.

Александр Абросимов: У нас решение данного вопроса остаётся в двух плоскостях: решение суда и...

Александр Гнедых: И обращение в правоохранительные органы.

Максим Морозов: Тогда все сделки можно признать недействительными?

Александр Гнедых: Судом.

Максим Морозов: Чтобы предупредить других слушателей, как не оказаться в такой ситуации. Где нужно быть более бдительным, на каком этапе?

Александр Гнедых: Любой участник общества, учредитель компании, руководитель компании в одном лице, может выдать налоговому органу для связи свою электронную почту, или чтобы ему на телефон пришло сообщение. Как только в отношении этой компании попадает какой-либо пакет документов, касающийся регистрации на изменение чего-либо, ему на электронную почту или на телефон придёт сообщение, что в отношении его компании подан пакет документов. Если он не знает, то сразу обратится в регистрирующий орган и скажет: «Извините, я ничего не подавал».

Максим Морозов: Смс-уведомление.

Александр Гнедых: Разумеется. И этим надо пользоваться.

Максим Морозов: Сколько квалифицированных электронных подписей выдано в Санкт-Петербурге?

Александр Гнедых: Налоговым органом, как новым оператором?

Максим Морозов: Да.

Александр Гнедых: Около 10 тысяч.

Максим Морозов: Один из вопросов от предпринимателей: следует ли ждать коллапса в конце года и в начале 2022?

Александр Гнедых: Никаких проблем. Если люди боятся коллапса, то возникает следующий вопрос: почему они не идут получать ЭЦП? У нас нет очереди, у нас созданы достаточно большие резервы.

Александр Абросимов: Есть выписка, которую предоставила налоговая служба. Там говорится о том, что квалифицированные сертификаты, выданные коммерческими удостоверяющими центрами, аккредитованы по новым требованиям закона Об электронной подписи (перечень размещён на сайте Минцифры России), физическим лицам, имеющим право действовать от имени юридического лица без доверенности лица или руководителя организации, или индивидуального предпринимателя, будет действовать до окончания срока их действия.

Александр Гнедых: Да.

Александр Абросимов: Если компания, удостоверяющий центр сегодня аккредитуется при Минцифры России, при налоговой, то до конца срока действия существующей электронной цифровой подписи она может действовать. И она может перейти в 2022 год. Поэтому здесь необходимо проверить.

Максим Морозов: Есть такой отраслевой проект «Общественное питание». Его цель – создать равные конкурентные условия в этой сфере за счёт применения всеми участниками контрольно-кассовой техники. В рамках проекта налоговые органы анализируют такие параметры как показатели выручки за различные сопоставимые периоды, доля наличных или безналичных платежей, возвраты и другие показатели. Хотел вас спросить, каковы первые итоги проекта «Общественное питание» в Петербурге по этим основным параметрам?

Александр Гнедых: Итоги очень хорошие. Налоговым органом направлено более трёх тысяч обращений налогоплательщикам о приведении в соответствие. Это не даёт возможности рассчитываться наличными денежными средствами, которые не будут попадать в общий объём выручки. Сегодня выручка в любом случае участвует в исчислении величины налога. Если мы говорим, что налогоплательщик применяет упрощённую систему налогообложения либо обычную систему налогообложения. Главная цель – «обеление» данного направления бизнеса и создание равных конкурентных условий. У покупателя остаётся главный документ.

Максим Морозов: С QR-кодом.

Александр Гнедых: Разумеется. Который можно проверить при помощи мобильного приложения.

Максим Морозов: О чём говорят основные нарушения? Вы активно проверяете сейчас контрольно-кассовую технику, с чем часто сталкиваетесь на практике?

Александр Гнедых: Сумма, указанная в счёте, и сумма, которая указана в чеке. Есть тонкости. Как сумма, указанная в чеке, собирается из нескольких предыдущих покупок. Есть соответствующее нарушение, и в этом надо разобраться. Если раньше суммы не пробивались, а потом их пробили одним чеком на сумму следующей покупки, а предыдущие – нет, значит они в общую денежную выручку не вошли, и они не участвуют в налогообложении. В приложении есть опция «Подать жалобу».

Максим Морозов: Переходим к вопросам, которые поступили от предпринимателей. Вопрос направил первый вице-президент Газового союза Виталий Сысоев: «Было бы здорово находить все реквизиты для оплаты налогов на сайте своей налоговой. Сейчас это тот ещё ребус, с непредсказуемым результатом. Даже автоматическое формирование квитанции производится с ошибочными реквизитами, потом приходится уточнять платежи».

Александр Гнедых: Не могу сказать, что таких вопросов нет. Но и не могу сказать, что их много. У нас единый сайт, где надо только ввести номер той налоговой инспекции, где он находится на налоговом учёте, и он увидит все соответствующие реквизиты.

Максим Морозов: Вопросы по медиации. Целый блок пришёл. Какая цель запуска данного проекта, с учётом властности налоговых отношений, кто должен выступать в качестве медиатора?

Александр Гнедых: Есть закон о медиации. Мы руководствуемся исключительно этим законом. Сегодня на территории Санкт-Петербурга уже реализовано два медиативных соглашения. Что это такое? И кто участвует в заключении медиативных соглашений? Налоговый орган, который является администратором налогов.

Второе. Налогоплательщик, у которого возникли риски, которых он может ещё не видеть, но поскольку его пригласили, налоговый орган пригласил к себе налогоплательщика и показал наличие в информационном ресурсе рисков, и бизнес понимает сам, что риски есть. Чтобы бизнес об этом совсем не знал? Практически такого не бывает.

Превентивная работа налогового органа с налогоплательщиком, когда мы разъясняем ему его оправа и обязанности, из информационных ресурсов показываем ему его контрагентов. Бизнес понимает, что этот вопрос ему исправлять, в любом случае, надо. Самый быстрый путь исправления – это уточнённая налоговая декларация с оплатой этой суммы, и предприятие выходит из рисков. Но ведь предприятие не держит такой запас денежных средств, чтобы так легко и просто взять, и на следующий день эту уточнённую декларацию оплатить.

Бывают моменты, когда предприятие все свои свободные денежные средства вложило в реализацию проекта, и скоро по итогам завершения этого проекта у предприятия появится возможность оплачивать...

Максим Морозов: Эта отсрочка сколько по закону может быть?

Александр Гнедых: В законодательстве не написано сколько, но это не отсрочка. Это заключенное медиативное соглашение на определённый промежуток времени, оговорённый тремя сторонами. Медиативное соглашение не может быть заключено позже того времени, когда налоговый орган теряет право…

Максим Морозов: Срок давности.

Александр Гнедых: Да. Например, если действие, которое вызвало риски, совершено в 2018 году, то, заключая медиативное соглашение сейчас, мы его имеем право заключить не позднее, чем до 30 декабря 2021 года. Потому что с 1 января 2022 года риски 2018 года уйдут за пределы давности. Должностное лицо, медиатор из аккредитованной организации медиаторов. Это не просто человек. Это человек, который должен пройти соответствующее обучение, получить соответствующее разрешение. Он должен разбираться в налоговом законодательстве.

Александр Абросимов: Здесь же есть ещё один момент, что медиатор должен быть признан двумя сторонами, и налоговой, и...

Александр Гнедых: Да, разумеется. Но он выступает в роли независимого лица. Налоговый орган показывает риски. И чтобы не произошло следующее, что обычно происходит: назначение и выездной налоговой проверки, которая доначислит соответствующие суммы, наверное, самое правильное решение вопроса – использовать все механизмы…

Максим Морозов: Досудебного урегулирования.

Александр Гнедых: Досудебного урегулирования, совершенно правильно. Совершается нотариальное действие. Нотариус...

Максим Морозов: Заверяет это соглашение.

Александр Гнедых: Да, медиативное соглашение о том, что стороны именно в досудебном порядке урегулирования этих споров договорились о том, что записано в медиативном соглашении. В Петербурге два таких соглашения успешно реализованы. По итогам выполнения сторонами медиативных соглашений в бюджет без проведения контрольных мероприятий поступило около 150 миллионов рублей.

Максим Морозов: Вопросы по НДС, разрывы, вызовы на рабочие совещания. Зачитываю вопрос от предпринимателя: «Каждый год меня, как и многих других директоров предприятий, вызывают на допрос в налоговую, где сообщают, что три года назад (как раз срок исковой давности), один или несколько наших поставщиков услуг или товаров не заплатили в полном объёме НДС. Государство понесло убытки, и нам предлагается добровольно помочь стране пересчитать свой налог за тот период и доплатить эти суммы в бюджет. Суммы не заоблачные, но неприятные. У нас просят 1,2-1,5 миллиона в год, плюс пени и штрафы. Если мы не согласимся, они (налоговый орган), с сожалением вынуждены будут отвлекать своих сотрудников на выездную полномасштабную проверку. Всё очень вежливо, без угроз. Фактически это абонемент на год. Вопрос к участникам программы: будет ли так всегда?»

Александр Гнедых: Нет, конечно. Что касается сумм. Налоговый орган сумму называет ту, которую он видит в информационном ресурсе, а не ту, которая «1,2-1,5 миллиона». Сумма не зависит от налогового органа.

Мы сегодня говорим про налог на добавленную стоимость. Есть две стороны. Одна из сторон является продавцом товара, работ и услуг. Вторая сторона является покупателем товара или заказчиком по определённым услугам.

Максим Морозов: Контрагент.

Александр Гнедых: Два партнёра, два контрагента. Действуют они, выстраивают свои договорные отношения в рамках гражданско-правовых отношений.

Максим Морозов: И договора.

Александр Гнедых: Как два хозяйствующих субъекта, скрепляют свои отношения договором, контрактом.

Максим Морозов: Свобода договора.

Александр Гнедых: Разумеется. Что происходит дальше? Поставщик услуг или подрядчик выполняет работы, поставляет товар, оказывает услугу, которая облагается налогом на добавленную стоимость. Разумеется, когда работа выполнена, подписан соответствующий документ, акт приёмки выполненных работ, или поставка товара. Когда товар поставлен, его же приняли, кто-то где-то расписался.

Максим Морозов: Услуга оказана.

Александр Гнедых: Да, услуга оказана. Сторона поставщика стороне покупателя выставляет счёт на оплату. Разумеется, счёт со строчкой «Налог на добавленную стоимость». Сторона покупателя принимает этот счёт, оплачивает, и сумму, указанную в счёте (мы её называем «сумма входящего НДС») ставит в вычеты, налоговые вычеты. А лицо, которое получило денежку за это или выручку от оказания услуг, должно указать в налоговой декларации эту сделку, должно отразить эту сделку в электронной книге учёта продаж, сформировать на основании электронной книги учёта продаж налоговую декларацию и заплатить НДС.

Иногда происходит следующее, но это мы говорим, когда произошла реальная сделка, когда был товар, работа. Возникает вопрос: правильно ли сделала сторона покупателя, что входящий НДС, указанный в счёте-фактуре, поставила в налоговые вычеты и на сумму входящего НДС уменьшила налогооблагаемую базу по НДС? Конечно, правильно. Тогда что неправильно? Неправильно то, что продавец тот НДС, который был указан в счёте-фактуре, в бюджет его не заплатил. Для того налогового вычета, которым воспользовался покупатель, он в бюджете не сформировал источник.

Максим Морозов: Но недобросовестный он, а претензия ко мне.

Александр Абросимов: Там проблема ещё больше, когда это третье-четвёртое звено.

Александр Гнедых: Да. На данный момент налоговики руководствуются письмом Федеральной налоговой службы от 10 марта 2021 года, где ясно и чётко написано, что если сторона, покупатель доказала реальность сделки: «Пожалуйста, счёт-фактура, вот оплата», то тогда выгодоприобретателем будет считаться поставщик или кто оказывал услугу, поставлял товар. Это одна ситуация.

Теперь мы говорим о другой ситуации. Вдруг руководитель предприятия бухгалтеру говорит: «А не слишком ли мы много платим налога на добавленную стоимость в бюджет? Давайте подумаем, что можно сделать?» И начинают заключать договоры, что якобы та организация оказала услугу этому предприятию и так далее.

Максим Морозов: Появляются третье и четвёртое лицо?

Александр Гнедых: Появляются третьи и четвёртые контрагенты. Но работу предприятие выполнило обычно, как бывает, своими силами, а показали, что выполняли те. Значит, те предприятия выставили счета-фактуры, оплатили им. Что происходит дальше с теми деньгами? Возникает вопрос, когда начинаем разбираться: «Уважаемая, а как вы выполнили работу, если у вас среднесписочная численность один человек?» «Да мы на период наших договорных отношений нанимали кого-то». «Давайте разбираться, кого вы нанимали». Ничего нет. В таком случае выгодоприобретателем считается заказчик. Он не подтвердил реальность сделки, а то, что он оплатил, – извините меня. Дальше мы смотрим: куда из этого предприятия делись деньги? А потом они пошли-пошли, и вообще затерялись, где-то их обналичили, и предприятия ликвидировались.

Максим Морозов: Александр Васильевич, поступают обращения в связи с тем, что у налоговой возникают претензии до трёх лет по каким-то делишкам недобросовестного контрагента, с которым я, может быть, имел дело однажды, и уже думать про него забыл, полтора-два года прошло, а налоговая обращается ко мне?

Александр Абросимов: Такие обращения бывают. Я не могу сказать, что их много. Но сегодня в налоговом кодексе чётко определено: добросовестность поставщика, счета-фактуры, доказательства того, что работы исполнены, сделка оплачена, и имеются все подтверждающие документы. Более того, Пленум Верховного суда говорит о том, что если предприниматель доказал, что он выполнил все эти условия, налоговая не имеет права предъявлять ему претензии. Но если не доказаны какие-то из этих моментов...

Максим Морозов: Кто доказывает? Бремя доказывания на котором лежит?

Александр Гнедых: На налогоплательщике.

Максим Морозов: Люди пишут как раз: «Без меня меня женили. Я-то не причём, я добросовестный. Я отвлекаю время, средства и так далее, чтобы оправдываться за то, что не совершал».

Александр Гнедых: Ответить на вопрос, кто прав, по обращению к вам предпринимателя фактически невозможно. Почему? Там проводится серьёзный комплекс мероприятий по истребованию документов. Осуществляются допросы руководителей. Это очень большая работа.

Максим Морозов: Если я добросовестный, почему я должен тратить на это время, свои ресурсы?

Александр Гнедых: Если все добросовестные, откуда разрыв берётся? Мы предлагаем бизнесу, и сейчас развиваем этот вопрос, чтобы в договоре была зафиксирована налоговая оговорка, которая будет говорить: «Я – добросовестный. Если у меня с тобой возникнут вопросы по НДС, то ответственность будешь нести ты».

Максим Морозов: Вопрос от юридической компании «ЦПО Групп»: «Вправе ли ИФНС направлять налогоплательщикам уведомление о явке и требование о предоставлении документов и разъяснений вне рамок налоговых проверок?»

Александр Гнедых: Конечно, правильно. Это и есть главная задача налогового органа – отработать все эти вопросы без проведения мероприятий налогового контроля. Без проведения выездных проверок. Если мы говорим о выездной налоговой проверке, то это уже плохо, потому что предприятие довело ситуацию до того, когда уже разрешить по-иному не представляется возможным. А то, что вы сейчас зачитали, это как раз и направлено на то, чтобы разобраться с этой ситуацией, не доводя состояние дел до выездной налоговой проверки.

Максим Морозов: Можно ли отказать в предоставлении и документов, и пояснений в отсутствии налоговой проверки?

Александр Гнедых: Да, пожалуйста, отказывайте. Но только это усугубление ситуации. Мы, наоборот, призываем бизнес разобраться до назначения выездной проверки. Но, значит, риски остались, потому что бизнес не представил пакет документов. Будет назначена выездная проверка, и все документы будут истребованы в рамках проведения выездной проверки.

Максим Морозов: Отказ в государственной регистрации. За время действия Федерального закона 129 «О государственной регистрации» какова динамика количества отказов в регистрации?

Александр Гнедых: Чтобы не получить отказ в государственной регистрации, нужно выполнить очень мало. Нужно в соответствии со 129 Федеральным законом подать пакет документов надлежащим образом и в полном комплекте, и тогда государственная регистрация будет осуществлена. Если говорить об отказах, то, наверное, 40% мы видим брака, когда отказываем в государственной регистрации.

Предприятие создаёт лицо, если мы говорим о создании юридического лица. Приводит в соответствие пакет документов, подаёт повторный пакет документов, устраняются все ошибки, которые были, и происходит государственная регистрация. Мы сегодня не видим в этом определённой проблемы.

Максим Морозов: Ещё подвопрос. Предприниматели считают, что причинами отказа не могут быть незначительные опечатки и расхождения, отсутствие указание почтового индекса, отсутствие в офисе в определённый период и так далее.

Александр Абросимов: Если вы неправильно напишете индекс на письме, вам письмо придёт не туда.

Максим Морозов: Предложение. «Нормативно установить не формальный и не механический контроль налогового органа за созданием юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Александр Гнедых: Максим, наверное, может быть, и правильно, что предлагает бизнес, но мы с Александром Васильевичем не наделены правом законодательной инициативы, чтобы в 129 ФЗ это прописать.

Моё предложение такое: надо более внимательно относиться к этим вопросам, правильно готовить весь пакет документов.

Александр Абросимов: Есть один вопрос, нюанс, у меня есть обращение. С одной стороны, мы сегодня призываем инвесторов приходить к нам в город. Когда компании, которые зарегистрированы в других регионах, пытаются открыть здесь юридическое лицо, то у них возникают как раз вопросы при перерегистрации. Здесь, Александр Викторович, у нас какая позиция?

Александр Гнедых: Говорим, опять же, со ссылкой на закон: создание юридического лица в другом регионе является противозаконным действием?

Максим Морозов: Нет.

Александр Абросимов: Нет. Вопросов нет.

Максим Морозов: Хорошее завершение программы, по-моему!

Александр Гнедых: Да!

Максим Морозов: Коллеги, огромное спасибо!

Александр Гнедых: Спасибо Вам, Максим.

Максим Морозов: Напомню, в студии Business FM был руководитель управления ФНС по Петербургу Александр Гнедых и уполномоченный по защите прав предпринимателей в Петербурге Александр Абросимов. Программу вёл Максим Морозов. Держитесь курса!

Автор:
Поделиться
Комментировать Связь с редакцией
Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.

Рекомендуем

Молодая, но одновременно опытная и большая группа «Комитет»: открыла в помещении Андреевского рынка, который готовится стать целым ресторанным кластером…
В том, что премьера этой машины непременно состоится в самое ближайшее время и именно в России можно было не сомневаться. Спустя всего два месяца после…
На пресс-конференции по итогам очередного заседания Банка России, глава регулятора отметила, что инфляция сложилась значительно выше изначального прогноза…
«ВКонтакте» запустила автоматический перевод текста с русского на английский язык, компания Nreal представила очки дополненной реальности.

Комментарии

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.