16.10.2020

СЕРГЕЙ ЛИТВИНЕНКО: Проверяющие не посмеют «отомстить» бизнесмену, который пожаловался в прокуратуру

Гость студии - прокурор Санкт-Петербурга Сергей Литвиненко.
Интервью

Фото: Александра Русакова

С января в Петербурге было зарегистрировано около 43 тысяч преступлений. При этом за последние три года криминогенная обстановка в целом стабилизировалась. Одной из «болевых точек» остаются автохищения – раскрыть удаётся только 15% таких преступлений. Также в городе возбуждено сто административных дел в отношении сотрудников контрольно-надзорных органов. В частности, речь идёт о пожарном надзоре, Роспотребнадзоре, жилищной инспекции и нескольких комитетах Смольного. Подробнее о том, куда можно пожаловаться на давление со стороны проверяющих, как ведётся борьба с административными барьерами, насколько эффективной оказалась «коронавирусная» господдержка и что происходит в случае незаконного возбуждения уголовного дела на предпринимателя – в эксклюзивном интервью шеф-редактора Business FM Петербург Максима Морозова с прокурором Санкт-Петербурга Сергеем Литвиненко.

Максим Морозов: Сергей Иванович, здравствуйте, рад вас видеть!

Сергей Литвиненко: Добрый день, спасибо.

Максим Морозов: Мы говорим о надзоре за соблюдением прав предпринимателей в непростой пандемийный, коронавирусный период. Говорим об административных барьерах, о проверках, часть в неотложных случаях все равно осуществлялась, в том числе в Петербурге. Предлагаю начать с общего вопроса о статистике преступлений. Коллеги из Генпрокуратуры опубликовали данные, в январе-августе 2020 года в России выявлено более 1 млн 300 тыс. преступлений, рост примерно на 1%. Как с этими цифрами коррелирует статистика по Петербургу, какие тенденции вы наблюдаете?

Сергей Литвиненко: Петербург с января по октябрь живет в достаточно спокойном режиме. У нас есть небольшой рост преступлений, на сегодняшний день зарегистрировано 43 тыс. преступлений. Всплесков по особо тяжким преступлениям не наблюдается. Огромная работа проводится правоохранительными органами по защите прав предпринимателей. Огромная работа проводится по наведению порядка в общественных местах на территории города. На сегодняшний день здесь тоже наблюдается снижение этого состава преступлений. И, в принципе, я бы сказал, что тенденция к концу года также будет сохранена – положительная тенденция по этим вопросам.

Максим Морозов: С чем вы связываете? Специфика коронавируса?

Сергей Литвиненко: В последние три года у нас наблюдается тенденция по стабилизации криминогенной ситуации. Есть с марта небольшой рост убийств – это ни о чем не говорит. Остальное в принципе спокойно.

Максим Морозов: Некоторые адвокаты говорят о том, что, поскольку из-за коронавирусных ограничений многие работали удаленно дома, сократилось число квартирных краж, так называемых домушников, потому что все дома и туда просто так не зайдешь. И меньше стало карманников, потому что людей на улицах было объективно меньше.

Сергей Литвиненко: Я не знаю, есть ли взаимосвязь, но на протяжении последних лет тоже идет сокращение квартирных краж. И на сегодняшний день всего около 500 краж совершено в Петербурге, минус 20%. Такая же цифра была по 2018-2019 годам. Поэтому, может быть, как раз с этим не связано. У нас неплохо развивается ситуация с раскрытием автохищений – очень плохо было в прежние годы, мы раскрывали 3-5% всего похищенного автотранспорта. То есть если машина похищена – забудь, что она была у тебя. На сегодняшний день мы добились резкого сокращения, порядка 40%, хищения автотранспорта, 15% раскрывается. Конечно, это мало, но будем делать все, чтобы увеличить этот процент раскрываемости.

Максим Морозов: Сергей Иванович, а корреляция – всегда дотошные юристы говорят, что одно дело зарегистрированное преступление, а другое дело то, которое совершено, но так или иначе документально не засвидетельствовано.

Сергей Литвиненко: Да, латентные преступления, наверное, есть какой-то процент их совершения и не регистрации. Прокуратура как раз и занимается надзором в этой части, она выявляет скрытые преступления, они возбуждаются, расследуются. Я не думаю, что это большой процент.

Максим Морозов: Предлагаю перейти к вопросам наших слушателей. Предваряя тему проверок, послушаем один из вопросов. Мария Чернобровкина, исполнительный директор петербургского представительства Американской торговой палаты.

Мария Чернобровкина: То, с чем я очень часто сталкиваюсь, когда советую предпринимателям обратиться в прокуратуру в случае нарушений со стороны контрольно-надзорных органов или предприятий-монополистов. Я слышу в ответ от предпринимателей, что они очень боятся, что Вы как бы «выдадите» того, кто пожаловался, тем самым проверяющим органам. Поэтому они не хотят, чтобы «светились» их имена и названия и не очень хотят идти в прокуратуру. Скажите, пожалуйста, по Вашему регламенту: существует ли правило, согласно которому Вы не рассказываете надзорным органам или монополистам о том, кто именно пожаловался на них?

Сергей Литвиненко: Да, спасибо, очень важный вопрос. Конечно, у нас приказом генерального прокурора определен порядок рассмотрения обращений граждан, там предусмотрена анонимность многих вопросов, которые не должны раскрываться. Сведения, образ жизни заявителя, фамилия и так далее.

Максим Морозов: Персональные данные.

Сергей Литвиненко: Да. Но есть такие случаи, когда человек, предприниматель просит ему помочь по конкретному вопросу, и конечно, здесь нужно обнародовать всю эту ситуацию. Мы занимаемся этим вопросом. Тем не менее, мы делаем все, чтобы предприниматели к нам обращались, чтобы они рассказывали о возможных системных нарушениях в городе в плане бизнес-сообщества. Мы просим их, чтобы они обращались к нам на конкретные нарушения чиновников, и у нас на сегодняшний день увеличение количества обращений от предпринимателей на 50%. У нас работает электронная почта на сайте прокуратуры, у нас работает дежурный прокурор, к которому можно в течение 24 часов обращаться по любым вопросам. В конце концов, у нас практически во всех районах и в аппарате прокуратуры города ведется регулярный прием граждан. Ваша информация нам очень важна на самом деле.

Максим Морозов: Предприниматели, с которыми я говорил, опасаются, что после того, как он, предприниматель, привлек внимание прокуратуры, будут какие-то санкции к нему применены со стороны этого органа.

Сергей Литвиненко: Я вернусь к себе на работу и поручу моим подчиненным составить определенный алгоритм действий после рассмотрения обращений предпринимателей. В части защиты их от возможных дальнейших воздействий. Официально хочу заявить: не посмеют они воздействовать на предпринимателей.

Максим Морозов: Пост-надзор возможен?

Сергей Литвиненко: Да. Мы возьмем на контроль о возможных проверках, затребованиях документов и так далее, и будем жестко спрашивать с чиновников, которые будут как-то мстить.

Максим Морозов: С марта по 30 июня 2020 года был наложен мораторий на большую часть проверок за исключением того, если какие-то действия угрожают жизни и здоровью, либо могут спровоцировать чрезвычайную ситуацию. Как этот мораторий соблюдался в Петербурге, на какие контрольно-надзорные органы поступали жалобы? И какими проверками занималась сама прокуратура в этот непростой период?

Сергей Литвиненко: Прокуратура самостоятельно, без поступивших обращений предпринимателей проводит проверки и выявляет нарушения. Помимо тех жалоб и сигналов, которые мы получаем.

Максим Морозов: Сергей Иванович, а если сигнал анонимный, вы его тоже отрабатываете?

Сергей Литвиненко: Обязательно. Мораторий установлен на все плановые проверки малого и среднего бизнеса, он в настоящее время действует. Все, что касается контролирующих надзорных органов – ежегодно нами сокращается количество плановых проверок предпринимательского сообщества. К примеру, если мы возьмем 2019 год, у нас было в планах, в реестре 20 тыс. плановых проверок – мы их сократили до 16 тыс. И в этом году 14 тыс. плановых проверок – мы убрали 9 тыс., то есть практически на 2/3 мы сократили проведение плановых проверок. И никто не посмеет выходить без нашего согласия на плановые проверки. Что касается внеплановых проверок, вы уже сказали, что проводятся в исключительных случаях, по жалобам, где есть угроза жизни, здоровью – и все равно контролируем проведение проверок.

Максим Морозов: Наиболее яркие, вопиющие нарушения со стороны контрольно-надзорных органов случались ли во время моратория? Может быть, вы представления выносили?

Сергей Литвиненко: Конечно, если говорить по актам прокурорского реагирования, у нас возбуждено 100 административных дел с соответствующим привлечением чиновников. Это дела в отношении должностных лиц контрольно-надзорных органов. 60 представлений, по ним тоже наказываются лица. 80 предостережений о недопущении нарушения закона. Эти цифры выше, чем за 2019 год.

Максим Морозов: Что это за органы?

Сергей Литвиненко: В первую очередь, это контрольные органы: МЧС, пожнадзор, Роспотребнадзор, жилищная инспекция, это инспекция труда. По ряду комитетов мы тоже выносим административные дела.

Максим Морозов: А санкции? Самая серьезная санкция – человек отстраняется от работы, получает административный штраф?

Сергей Литвиненко: Административная ответственность – да, это штраф. Но в основном, конечно, дисциплинарные меры воздействия: наказание в виде выговора, строгого выговора и так далее. Есть случаи, когда по нашим представлениям должностные лица увольняются с работы.

Максим Морозов: Предлагаю послушать еще один вопрос, это владелец управляющей компании «Ареопаг» Даниил Барышев, у него компания занимается управлением коммерческой недвижимостью.

Даниил Барышев: Вопрос о проверках. На что именно наложен мораторий? По многим видам деятельности проверки участились. Например, в области регистрации юридических лиц. В этой области в последние два года ведется очень жесткий контроль за регистрацией на новом юридическом адресе новых юрлиц. Количество проверок выросло многократно. Отказывают как минимум, наверное, половине вновь образовавшимся предприятиям в регистрации, потому что выходят на объект, не наблдают там генерального директора и отказывают в регистрации. Нет чётких критериев признания юридического адреса фактическим.

Сергей Литвиненко: Во-первых, мораторий установлен в соответствии с 294-ФЗ только на плановые проверки малого и среднего бизнеса. И действительно, в этом году и в прошлом году налоговые органы усилили через свои подведомственные районные инспекции мероприятия, связанные с получением достоверных сведений по ЕГРЮЛ. И так называемая «чистка среды» в данном случае позволила значительно снизить количество нарушений в налоговой сфере, в том числе по незаконному получению НДС и так далее.

Максим Морозов: В том числе борьба с фирмами-однодневками.

Сергей Литвиненко: Да, правильно вы говорите. Нам пришлось согласиться с такой работой. Не было, насколько я знаю, жалоб в этой части со стороны предпринимательского сообщества. Прокуратура устанавливала факты все равно сама в ходе проверок. И благодаря нашему вмешательству эти нарушения были устранены.

Максим Морозов: Еще один вопрос, Мария Чернобровкина, исполнительный директор петербургского представительства Американской торговой палаты.

Мария Чернобровкина: Я бы хотела озвучить, наверное, наиболее частые нарушения со стороны контрольно-надзорных органов, на которые жалуются предприниматели. Хотелось бы услышать, куда в той ситуации обращаться. Часто требования «выдаются» в устной форме, без наличия письменного предписания или требования. Штрафы от контрольно-надзорных органов ощутимые. Как и куда обращаться предпринимателям? Присутствующие в офисе лица часто не имеют удостоверений личности и подтверждений о проведении проверки. Посоветуйте, пожалуйста, как себя вести предпринимателю? Запросы предоставляются без учёта необходимости соблюдать законодательство о персональных данных. Как действовать предпринимателю? И есть запросы, которые предоставляются с требованием немедленного реагирования и с угрозами закрыть офис. Что делать предпринимателю?

Сергей Литвиненко: Когда приходит контрольно-надзорный орган для проверки, эти лица, безусловно, должны иметь удостоверение, подтверждающее принадлежность к этой организации. Конечно, у них должно быть соответствующее предписание о проведении проверок от своих руководителей, начальника, заместителя. Это обязательно. Если такие документы не предъявляются, никаких требований, тем более в устной форме, выполнять не надо. Пожалуйста, обращайтесь по этим вопросам. Касается ли это органов внутренних дел, они приходят на проверки, или остальные контролирующие органы – как только они приходят без таких документов, пожалуйста, говорите: мы сейчас звоним в прокуратуру. Дежурный прокурор: 315-48-53. Телефон работает в течение 24 часов.

Максим Морозов: И что говорить, Сергей Иванович?

Сергей Литвиненко: Это самое и говорить, что пришли люди, ссылаются на какие-то организации, хотят востребовать какие-то документы, проводить проверки. Я думаю, что эти гости будут очень расстроены, если услышат слово «прокурор».

Максим Морозов: То есть я как предприниматель вправе потребовать предъявить удостоверение и письменное предписание либо требование, два документа?

Сергей Литвиненко: Да, на проверку. Что вы хотите проверять.

Максим Морозов: Еще подвопрос о персональных данных. Если имеются в виду персональные данные не непосредственного руководителя, а может быть есть запрос на персональные данные сотрудников. А ведь мы ими не можем оперировать без согласия этих сотрудников, а проверяющий орган требует.

Сергей Литвиненко: Я считаю, что эти данные можно затребовать только в рамках соответствующих расследований при совершении преступлений. Или при решении вопроса о возбуждении уголовного дела.

Максим Морозов: Последний повопрос от Марии: запросы предоставляются с требованием немедленного реагирования и с угрозами закрыть офис. Что делать предпринимателю, когда он это слышит?

Сергей Литвиненко: Эта угроза названа правильно, поэтому надо сразу называть слово «прокурор». Давайте будем пугать этим словом чиновников. Мы готовы встать на защиту, мы готовы сразу отреагировать на эти нарушения. Мы готовы сразу включиться и организовать помощь. И мои районные прокуроры все на это нацелены. И никто не скажет, что нет, некогда, это не мой вопрос – он сразу подключится. Я при ближайшем совещании проинформирую всех районных прокуроров и еще раз поставлю эту задачу.

Максим Морозов: Не боитесь, что завалят обращениями и жалобами?

Сергей Литвиненко: Нет, пожалуйста, обращайтесь. У нас же, тем более, сейчас существует электронная система подачи. Сидишь дома, написал быстренько и завалил – не боимся!

Максим Морозов: В какие сроки вы должны ответить?

Сергей Литвиненко: У нас, конечно, 30 дней. Если дело не терпит отлагательств – мы проводим мгновенные проверки, останавливаем допускаемые нарушения сразу. Обращайтесь только по сути, главное…

Максим Морозов: Чтобы не злоупотреблять правом.

Сергей Литвиненко: Да, не потому, что скучно.

Максим Морозов: Предлагаю послушать еще один вопрос. Директор по продажам инжиниринговой компании «ТПК Энерго» Вячеслав Ходонович.

Вячеслав Ходонович: В этом году значительно усилилось давление в плане НДС. За этот год мы получили уже не первый запрос на предоставление документов по сделкам за 2017-2019 гг. Предварительно я получил бумагу на три или четыре листа, в которой упоминается ряд прошедших сделок за 2017-2019 гг. с выделением сумм НДС. Это реально действующие компании, одна или две из них закрылись, остальные продолжают работать. Налоговая утверждает, что это компании-однодневки и предлагает мне заплатить за эти годы 80 млн НДС. Была встреча, если не ошибаюсь, 30 сентября в налоговой инспекции. Сначала попросили объяснить суть этих сделок, суть работы компании. После чего это все перешло в несколько другой формат, на нас просто давили, что у вас обязательно будет выездная проверка. Поэтому, наверное, ничего не остается, как подавать жалобу, по крайней мере, чтобы эта проверка шла под каким-то надзором.

Сергей Литвиненко: Я так понял, что это частный случай. Повторю, налоговая служба сейчас наводит порядок в этой сфере по уплате НДС. Повторю, мы их поддерживаем. И я попросил бы Вячеслава обратиться лично ко мне, и мы посмотрим вместе с налоговой службой, насколько обоснованы их требования.

Максим Морозов: Как это можно сделать? Записаться на прием?

Сергей Литвиненко: Можно не писать предварительные заявки, а прийти в приемную и передать свое заявление. Ко мне в приемную, назвать себя, я такие команды дам. Его ждут с официальным письменным обращением на мое имя. Я возьму на контроль.

Максим Морозов: Еще один вопрос – торговые центры. Больная тема, очень долго они были закрыты и в Москве, и в Санкт-Петербурге в связи с коронавирусом. Вопрос от Дмитрия Абрамова, это директор торгового дома «Пассаж».

Дмитрий Абрамов: Первый вопрос связан с тем, чтобы на случай «второй волны» или чего-то подобного городские власти вели более прозрачную политику в части своих планов по открытию и закрытию тех или иных объектов. Нам никто из городских властей не объяснил, чем тридцатиметровый подвал, продающий что бы то ни было, безопаснее, чем современный торговый центр. У нас было обращение в Федеральную антимонопольную службу по поводу признаков ограничения конкуренции по этому поводу, но служба так никакого ответа нам не дала. Хотя, вроде бы, административное дело они возбуждали.

Сергей Литвиненко: Мне трудно сейчас давать оценки. Я бы тоже это обращение попросил направить мне, я готов посмотреть здесь деятельность ФАС, это мое предложение. Мы будем обязательно отслеживать все эти меры, ограничения в том числе. И если такое будет, и будет касаться «Пассажа», я готов тоже лично участвовать, поскольку это авторитетный, известный объект торговли. Я готов подключиться и на будущее, если будут вопросы, я готов лично принять и рассмотреть его заявление на моем уровне.

Максим Морозов: Переходим ко второму блоку вопросов – все, что связано с мерами господдержки на фоне коронавируса. Поступали ли обращения в прокуратуру Петербурга в связи либо с затруднением, либо с невозможностью получить меры господдержки, самые разные, федеральные и региональные?

Сергей Литвиненко: Да, на сегодняшний день ситуация складывается так, что большой активности в предоставлении благоприятных условий, соответствующих льгот, отсрочек не происходит, так, как видят и хотят предприниматели.

Максим Морозов: Проблема с реализацией либо действительно бюджет не такой большой на помощь?

Сергей Литвиненко: Бюджет, конечно, небольшой, потому что все равно, я думаю, правительство Санкт-Петербурга смотрит вперед, как будет дальше складываться ситуация. Но, тем не менее, в первую очередь нужно говорить об отсрочке платежей по объектам, которые находятся в аренде. Именно государственных. Что прокуратура на сегодняшний день выявила и предприняла меры: около 15 тыс. предпринимателей «зависли» в части предоставления таких отсрочек по ряду причин. Это все находилось на уровне КИО, сейчас мы внесли представление в комитет, будем добиваться устранения вот этих нарушений, связанных с предоставлением отсрочек по оплате аренды. Что касается вопросов, связанных с кредитованием – в первую очередь это кредиты по зарплате по ставке от 2%. В мае по инициативе прокуратуры проводилась встреча с банковским сообществом. Все банки, филиалы которых здесь находятся. С участием предпринимателей и губернатора была проведена очень интересная и важная встреча. Мы собрали все вопросы, которые там рассматривались, и направили губернатору. Большая часть их вопросов была удовлетворена.

Максим Морозов: Вы будете работать по отказам, по обоснованности отказов?

Сергей Литвиненко: Да, в первую очередь по выполнению федеральных норм.

Максим Морозов: Много таких обращений?

Сергей Литвиненко: Много, достаточно большое количество.

Максим Морозов: Предприниматели говорят, что отказывают по формальным основаниям.

Сергей Литвиненко: Да, и даже без объяснений, просто не отвечают на эти заявки и все.

Максим Морозов: Как в прокуратуре в целом оцениваете эффективность расходования бюджетных средств, в том числе в Петербурге, на поддержку?

Сергей Литвиненко: Хороший вопрос. Для того, чтобы выявлять нарушения, связанные с нецелевым использованием бюджетных средств, с хищением, прокуратура пошла на следующий шаг. В этом году мы обучили в ФИНЭКе 20 человек, полугодовая учеба с выдачей удостоверений, на экономическом факультете с получением экономического образования.

Максим Морозов: Это повышение квалификации сотрудников прокуратуры?

Сергей Литвиненко: Да, это была наша личная инициатива. Юрист-экономист. В этом году с января по май мы обучили 140 человек – это те люди, которые занимаются бюджетом. Это мои помощники и заместители прокуроров районов, из аппарата, 140 человек обучились и получили дипломы аудиторов, бухгалтеров, налоговиков и так далее. И сейчас эти люди обучены, и они находятся в проверке, занимаются проверкой нацпроекта «Здравоохранение».

Максим Морозов: Промежуточные результаты как оцениваете?

Сергей Литвиненко: Мы сейчас направили пять материалов для возбуждения уголовных дел. И то уголовное дело, которое сейчас было возбуждено, тоже не без нашего участия.

Максим Морозов: Про административный барьер не могу не спросить. Причем, тоже показательно, мы с вами вначале говорили, что есть предрасположенность: боятся жаловаться. Как раз один из таких вопросов, представитель строительного комплекса, попросил не называть его, но сказал, что проблема достаточно типичная, попросил прокомментировать. Зачитаю: вопрос, связанный с работой Росреестра. Медленный приём заявок на МФЦ. В МФЦ нужно записываться чуть ли не за месяц, а то и больше. Темпы регистрационных действий снизились. Сделки длятся месяцами. От этого страдают и застройщики, и жители Петербурга, ведь это касается не только новостроек, но и «вторички».

Сергей Литвиненко: На сегодняшний день у нас есть Единая система строительного комплекса. Она позволяет большинство услуг в сфере строительства получать в электронном виде. Исключить возможность общения с чиновниками, в том числе. Вместе с тем – это я привожу как пример – КГА при выдаче градостроительных планов земельных участков создал рабочую группу у себя и пропускает все эти вопросы через эту группу. Вопреки установленным законам. Получается, что при нормативном оказании услуг предпринимателю в 30 дней некоторые случаи доходят до целого года, 350 дней у меня есть дата. И в ходе наших проверок только по такому случаю такого длительного рассмотрения было выявлено 200 фактов в КГА использования этой порочной практики. И она на сегодняшний день прекращена. Дальше о чем можно сказать: административные регламенты, которые, безусловно, расписывают соответствующие пути, усложняющие предпринимательству решение своих задач. Это касается в первую очередь службы государственного строительного надзора. Это КГИОП и ряд других комитетов, которые имели в своих регламентах такие пункты, которые нам пришлось отменять. Тем самым укоротить путь к получению результата для предпринимателя. И это очень важно. Возвращаясь к вопросам получения информации нам от предпринимательского сообщества – без этого мы не можем выходить даже на какие-то точечные проверки, нам нужна информация, нам нужно от них обращение, где ущемляются их права.

Максим Морозов: В том числе по МФЦ и по Росреестру?

Сергей Литвиненко: Что касается МФЦ – действительно, на сегодняшний день существует предварительная подача заявок, 28 дней, и это связано, конечно, с пандемией.

Максим Морозов: Исключительно с пандемией? До пандемии не было проблем?

Сергей Литвиненко: Нет, нет. Там действительно сейчас работает новая система регистрации, электронный комплекс. Они запустили в августе, у меня был руководитель Росреестра. И когда он рассказал – это даже не сегодняшний, завтрашний день, то есть настолько комфортно будет выполнять все эти услуги организациям. Но на сегодняшний день – да, действительно существует такая проблема, предварительные заявки на регистрацию. Но эта система работает и дальше ситуация будет улучшаться.

Максим Морозов: Про архитектурно-градостроительный облик объекта еще был вопрос. «Болевая точка», по словам представителя строительного сообщества – согласование архитектурно-градостроительного облика объекта. Он говорит, что всплывают вопросы, связанные со «вкусовщиной», не понимают четких правил.

Сергей Литвиненко: Я понял, в чем вопрос. У меня появилась такая мысль: у нас много комиссий, групп создано, советов. Я считаю, что в городе должен быть эстетический совет.

Максим Морозов: Состоящий из кого?

Сергей Литвиненко: Из специалистов, уважаемых людей, которые будут оценивать наиболее сложные, в первую очередь, ситуации в городе. Начиная с нависания проводов, рекламных всех историй, вывесок, и заканчивая строительными объектами. Безусловно, я знаю, что есть перегибы в части комитетов. Здесь трудно сейчас говорить по конкретному факту, тоже готов принять это заявление. Мы вмешиваемся в это, мы возбуждаем административные дела, в том числе по чиновникам. Будем вопрос контролировать, но мне нужны факты, информация, чтобы конкретно выйти на проверку и устранить нарушения – пожалуйста, пусть обращаются.

Максим Морозов: Еще одна важная тема – это жалобы предпринимателей, обусловленные взаимодействием с сотрудниками правоохранительных органов. Поступают ли они, какая статистика, на кого чаще жалуются, с чем связаны обращения, динамика?

Сергей Литвиненко: В первую очередь, это органы внутренних дел. На сегодняшний день у нас настолько тщательно отслеживаются материалы и уголовные дела в отношении предпринимателей, и тем более аресты. На сегодняшний день скажу, что у нас в городе арестованы только два предпринимателя и один находится в международном розыске. Что происходит с этими обращениями? Они поступают уже в разрезе расследования уголовных дел, достаточно часто мы вносим свои требования, представления по устранению нарушений, не возбуждаем уголовные дела, отменяем. Но в целом полиция, в данном случае полицейское следствие обеспечивает здесь правопорядок и законность.

Максим Морозов: Сергей Иванович, вы сказали, что вплоть до отмены, а какая санкция для того сотрудника, который неправомерно возбудил дело? И извиняются ли перед тем предпринимателем, на которого незаконно возбудили дело?

Сергей Литвиненко: Таких вопиющих случаев, что вообще незаконно возбуждено – невозможно возбудить, потому что возбуждается с нашим согласием. Если такое происходит, значит, прозевала и прокуратура. Я имею в виду, что возбуждают уголовные дела необоснованно, сами по себе по тем или иным причинам. Все равно потом отменяется. Если касается моих сотрудников, конечно, я наказываю сразу. А так, чтобы вообще безосновательно, по выдуманным основаниям – таких уголовных дел нет. Какие-то находят причины для возбуждения, основания в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом – потом выясняется, что они не выверены и надо их отменять.

Максим Морозов: Последний вопрос давайте послушаем. Владелица кондитерского производства (бренды «Торт вашей мечты» и «Фунт изюма») Наталия Горбачёва.

Наталия Горбачёва: У меня есть производство кондитерских изделий и кофейня-кондитерская. Производство находилось в типографии по адресу Звенигородская, 9/11. Мы арендовали под производство, но после переезда выяснилось, что там нет ни воды, ничего и тянуть это дорого и непрактично. Решили, что это будет склад. Переоформили договор. И до января 2020 года всё было замечательно: они выставляли счета, мы их оплачивали. Предыдущий раз мы были там перед Пасхой, забирали форму под ключи. Приехали 30 мая – помещение было абсолютно пустое. Арендодатель трубку не поднимал. Мы вызвали службу охраны и полицию. Служба охраны не в курсе. К слову сказать, это третий этаж промышленного здания с семиметровыми потолками. Оборудование у нас – это печи, морозилки, холодильники, столы. Мы туда въезжали восемь часов на лифте. И просто так, в дамской сумочке, это всё не вынесешь. Кроме того, лифт промышленный, для того, чтобы он передвигался должен быть вызван лифтёр или взят ключ под роспись. Это дело рук арендодателя. Доказать хищение я пока не могу. Мы вызвали полицию, они оформили документы, но далее никакого движения нет. У меня нет информации, что происходит, у меня нет информации, кто ведёт дело. У меня только бумаги о том, что дело принято. Мы подавали в полицию на Садовой. После подсчёта убытков – там восемь миллионов. Что мы должны делать? Мы должны постоянно интересоваться или сидеть и ждать, пока они найдут и нас проинформируют?

Сергей Литвиненко: Перед тем, как идти к вам на встречу, я посмотрел материалы и уголовные дела, которые у нас есть в городе. Это как раз Адмиралтейский район, я знаю этот материал. Дело на сегодняшний день там не возбуждено. Насколько я помню, не возбуждено по тем основаниям, что не представлен был договор аренды, нет документов, подтверждающих нахождение там этого имущества, и не опрошен еще ряд свидетелей. Этот материал я сейчас затребую в аппарат, и мы посмотрим сами быстренько. Будет приниматься решение. Или будет активизация, проверка доследственная или будет возбуждено уголовное дело. Единственная просьба: Наталья, надо быстренько все поднести, прокуратура будет держать на контроле, в полицию поднести все эти материалы, и будем решать этот вопрос. Потому что конечно оно не улетучилось, не растворилось же это оборудование, кто-то же его вывез.

Максим Морозов: Сергей Иванович, большое спасибо! На все ответить не успели, но надеюсь, что мы на постоянной основе будем встречаться, собирать вопросы от предпринимателей и отвечать на них в эфире.

Сергей Литвиненко: Обязательно.

Максим Морозов: Напомню, в студии Business FM был прокурор Санкт-Петербурга Сергей Литвиненко. Программу вел Максим Морозов, держитесь курса!

Поделиться
Комментировать Связь с редакцией
Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.

Рекомендуем

Новые подробности в процессе формирования правительства Ленобласти
Оно станет максимально похожим на федеральное.
Застройщики просят не вводить льготную ипотеку в ближайших пригородах Петербурга
Девелоперы опасаются, что на многие объекты, расположенные на соседних территориях, резко упадет спрос.
Петербург снова столкнулся с проблемой нехватки мест в учебных заведениях
Власти рассчитывают за счет недавних поправок в Правила землепользования и застройки восполнить недостаток и снизить напряжение в новых районах.

Комментарии

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.