Александр Зимин: шансы селлеров WB, отмена льгот по УСН, поправки в закон о КРТ

Основатель Wildberries заявила, что после ударов БПЛА по складам в Шушарах и Уткиной Заводи удалось сохранить часть площадей и товаров. Все усилия направлены перераспределение продукции, подчеркнула Татьяна Ким. Тем временем Минфин попросил бизнес-объединения представить свои позиции по исключению оптовой и розничной торговли из списка видов деятельности, для которых регионы могут вводить льготные ставки на УСН, пишет РБК. В свою очередь Госдума утвердила механизм расчёта возмещения за жильё, изымаемое в рамках КРТ: стоимость будут определять не ранее чем за 60 дней до того, как собственнику направят проект договора. Итоги недели шеф-редактор Business FM Петербург Максим Морозова обсуждает с кандидатом юридических наук, адвокатом Александром Зиминым.

Максим Морозов: Одна из обсуждаемых тем — атаки на склады Wildberries. Обсудим экономическую составляющую происходящего. На что в реальности могут рассчитывать многочисленные селлеры, продавцы и партнёры Wildberries?

Александр Зимин: Безусловно, надо обратить внимание на налогообложение. Поставщики обращаются за отсрочкой, ссылаясь на причинение ущерба. Вместе с тем основания отсрочки уплаты налога исчерпывающим образом закреплены в пункте 2 ст. 64 НК РФ. В данном аспекте отсрочка может быть предоставлена только если ущерб причинён либо стихийным бедствием, либо технологической катастрофой. Ни первый, ни второй вариант — это не то, что произошло в Уткиной заводи и других населённых пунктах. Так что поставщикам, товары которых погибли, в качестве основания предоставления отсрочки более правильно указывать наступление признаков несостоятельности в случае единовременной и полной уплаты налога. Однако здесь тоже есть нюанс. Эти признаки устанавливаются налоговым органом по методике, утверждённой Минэкономразвития России приказом №169 от 14 марта 2023 года. Данная методика не учитывает обстоятельства, которые видны сейчас в таком трагическом масштабе.

Без внесения изменений в статью 64 Налогового кодекса России и другие нормы, связанные с предоставлением отсрочки уплаты налогов, поставщики товаров, погибших на складах Wildberries, к сожалению, не могут рассчитывать на отсрочку. Это тоже один из аспектов трагедии.

Максим Морозов: Что можно сказать о пресловутой оговорке, которая появилась в оферте Wildberries несколько дней назад?

Александр Зимин: С точки зрения гражданского права есть такое понятие, как «несправедливые договорные условия». В этом случае существует типовая форма договора, принять которую можно не иначе, как согласившись со всеми условиями, продиктованными в нашем случае маркетплейсом. Это условие может неоправданно ограничивать права и охраняемые законом интересы другого контрагента.

Максим Морозов: Сродни кабальности?

Александр Зимин: С правовой точки зрения кабальность выражается иначе. Тем не менее для нашего разговора, который не должен носить строго правовой характер, данный факт можно отнести с кабальности. Если возникает судебное разбирательство, суд либо не применяет несправедливые договорные условия, либо констатирует, что они являются ничтожными.

Тем не менее возникает вопрос — можно ли на пятом году ведения специальной военной операции считать атаку беспилотными летательными аппаратами на объекты инфраструктуры обстоятельством непреодолимой силы?

Максим Морозов: Форс-мажором.

Александр Зимин: Форс-мажор – это же обстоятельства непреодолимой силы, которые нельзя было предвидеть, разумно и осмотрительно, и предотвратить какими-либо действиями. Предвидеть, наверное, можно. Но не настаиваю на том, что я безусловно и безукоризненно прав. Более того, нельзя забывать об идее защиты крупных инфраструктурных объектов мобильными огневыми группами, которые применяются на территории, в том числе нефтеперерабатывающих заводов. Так почему они не были применены на складских комплексах?

Максим Морозов: Очевидно, что Wildberries может позволить себе такие группы.

Александр Зимин: Это точно можно было сделать и с экономической, и с политической точки зрения. Второй аспект — налоговый.

Представьте, что у Wildberries есть оговорка — они не несут никакой ответственности, если товар погиб в результате атаки БПЛА. При этом руководство компании объявило о выплатах поставщикам. Возникает вопрос — посчитают ли налоговые органы данные траты экономически оправданными с точки зрения налога на прибыль самой компании Wildberries?

Если компания не несёт никакой ответственности по возмещению стоимости товара и делает это добровольно, то пускай она сделает это за счёт чистой прибыли, а не бюджета. Так что данная трагическая ситуация в действительности затрагивает тотально всех: и тех, чьи товары погибли, и собственника склада.

Максим Морозов: Ещё одна тема, которую хотелось бы обсудить: Минфин рассматривает исключение торговли из льготного списка по УСН.
Александр Зимин: На мой взгляд, необходимо признать положение главы 26 со знаком 2 Налогового кодекса Российской Федерации утратившим силу. Для чего каждый год издеваться над теми, кто применяет упрощённую систему налогообложения? То уменьшают пороговое значение, при наступлении которого надо платить НДС, то применяют всевозможные оговорки, то вводят мораторий и так далее.

Предложение Минфина абсурдно: идёт речь об отмене налоговой льготы, которая предполагает уплату налога в меньшем размере. В этом её смысл! Данную налоговую льготу регионы вводят сами по своему решению.

Максим Морозов: Логика Минфина в том, что люди регистрируются в одном субъекте, а торгуют на множество регионов или на всю Россию. Получается, что они пользуются налоговой льготой необоснованно, так как задействуют рынки и других регионов.

Александр Зимин: И что? А имущество он имеет в том субъекте, в котором пользуется льготой. Для этого и существует налоговые льготы! Необходимо привлекать людей в бизнес, а не считать деньги в чужом кармане.

Бизнес создаёт рабочие места и экономическую активность, которую у нас днём с огнём не сыщешь.

Ни одна налоговая льгота не преследует задачу пополнения бюджета. Неужели нужно отменять её только потому, что организация зарегистрирована, допустим, в Ленинградской области, но при этом продаёт товары по всей Российской Федерации? Чем тогда эта организация отличается от головного офиса Газпрома? Ведь он тоже находятся в Петербурге, но продают нефть, газ и другие полезные ископаемые в масштабах всей Российской Федерации.

Максим Морозов: Регионы, особенно дотационные, наоборот, конкурируют за таких налогоплательщиков, чтобы они регистрировались именно в их субъекте и платили им дополнительные налоги.

Александр Зимин: Именно так. Пусть регион решит самостоятельно, раз уж эта льгота не отнесена к компетенции федеральной власти. Если у нас в принципе – как теоретическая модель – есть федеративное государство.

Максим Морозов: Какие риски и последствия возможны в случае отмены?

Александр Зимин:

Нет никакого экономического смысла оставаться предпринимателем, когда твои товары горят на складе, но ты не можешь получить отсрочку по налогам, при этом компенсация от хранителей товаров может и не состояться, а тебе ещё и отменяют льготы!

Максим Морозов: Наконец, третья тема, которую успеваем обсудить: Госдума приняла закон, который уточняет порядок определения размера возмещения собственникам жилья при реализации проектов комплексного развития территорий.

Александр Зимин: Не совсем понятно, для чего это было сделано. В институте комплексного развития территорий определение стоимости жилья, которое находится в аварийном или ветхом фонде и право собственности на которое прекращается по предусмотренным в законе основаниям, – это далеко не самый главный вопрос.

Максим Морозов: Председатель Заксобрания Александр Бельский в нашей студии говорил, что сейчас инвесторы не горят желанием участвовать в проектах КРТ в Петербурге.

Александр Зимин:

Главная проблема — полная безучастность органов государственной власти и местного самоуправления в комплексном развитии территорий.

В чём она выражается? В случаях, когда есть ветхий или, тем более, аварийный жилищный фонд, то все решения о признании домов аварийными, подлежащими сносу и совершение других действий, предписанных Жилиным кодексом РФ в целях расселения граждан осуществляют органы местного самоуправления или органы государственной власти субъекта Российской Федерации. На практике никто ничего не делает. Вы можете войти в договор комплексного развития территории или договор развития застроенной территории до 2020 года и столкнуться с тем, что годами не сможете никого расселить и отселить. В итоге вы так и не сможете строить. Это отталкивает. Вопрос даже не в себестоимости нового строительства. Мы просто теряем огромный объём времени, по истечении которого не будет никакой инвестиционной привлекательности в реализации проекта комплексного развития территорий. Бизнес это прекрасно понимает.
  

Кроме того, у нас есть проблема, которая называется градостроительная комиссия Санкт-Петербурга.

Максим Морозов: Которая заседает очень редко.

Александр Зимин: Во-первых, заседает очень редко. Во-вторых, само постановление о градостроительной комиссии не было официально опубликовано. Так что не приходится считать её созданным совещательным органом. Об этом, кстати, есть вступивший в законную силу судебный акт. Знайте об этом, уважаемые слушатели!