ЦБ 29.06
$52.97
55.89
ЦБ 28.06
$53.36
56.05
ММВБ 28.06
$61.94
63.9
BRENT 28.06
$115.54
7291
RTS 28.06
1210.54
Telega_Mob

Дмитрий Чернейко: О борьбе с инертностью в сфере труда и Центре кадровой мобильности

В прошлом году из почти полутора тысяч выпускников петербургских техникумов на предприятия по специальности устроились только 18 человек. При этом по подсчётам Смольного, заводам в ближайшие несколько лет потребуется примерно 45 тысяч квалифицированных сотрудников. Согласно официальным данным, безработица в городе находится на уровне 1,5% – это самый низкий показатель по стране. Сегодня на рынке труда около 17 тысяч человек, однако вакансий почти 25 тысяч. Об основных рисках в сфере занятости, которые актуализировались на фоне санкций, а также о перспективах Центра кадровой мобильности – в эксклюзивном интервью шеф-редактора Business FM Петербург Максима Морозова с председателем комитета по труду и занятости населения Дмитрием Чернейко.
Интервью

Дмитрий Чернейко - Фото: Business FM Петербург

Максим Морозов: Какие основные вызовы (если не сказать – риски и проблемы) вы сейчас видите в части кадрового обеспечения?

Дмитрий Чернейко: Самый большой риск не меняется на протяжении последних тридцати лет. Это риск непонимания того, где мы находимся, какие проблемы надо решать и какие выходы есть.

Инерция мышления – это самое самая большая проблема из всех, которые существуют в вопросах управления, особенно когда необходимо осуществлять развитие.

Значительная часть работодателей, уже не большая, но очень значительная часть, продолжает считать, что можно привлечь людей на работу, которая есть сегодня здесь и сейчас, не желая менять ни условия, ни систему оплаты труда, ни сами технологии. Получается, что люди, которые были готовы работать в этих условиях, уже ушли с рынка, их уже не будет на рынке, время ушло. Новые люди, которые приходят на рынок или активно ведут себя на рынке труда, уже на таких условиях работать не готовы.

Максим Морозов: Какие условия они выдвигают? Что нового?

Дмитрий Чернейко: Условия очень простые. Люди хотят более комфортные условия труда, хотят безопасные условия труда. Это общая национальная политика, она называется Vision Zero, то есть нулевой травматизм на производстве. Нулевой! Это целеполагание, заданное политическим руководством Российской Федерации: и Госдумой, и президентом, и премьером. Это общая политика.

Максим Морозов: Дмитрий Семёнович, но ведь и в советское время боролись с травматизмом. Нельзя сказать, что по-другому относились.

Дмитрий Чернейко: Подождите, в советское время технологии, которые были на основных производствах, были достаточно передовыми, требовали своих уровней безопасности. Сегодня во многих случаях на производстве применяются не самые современные технологии. Во многих случаях они остались прежними. Я не хочу сейчас просто приводить конкретные отрасли, чтобы никого не обижать.

Максим Морозов: Примерно понятно, что это производственные отрасли.

Дмитрий Чернейко: Их много, это и производственные отрасли, и жилищно-коммунальное хозяйство. Там многие технологии остались старыми, а люди уже другие. У людей тоже есть стереотипное видение, что один раз получил какое-то образование, да и хватит.

Надо чтобы идеология постоянного обучения под необходимые компетенции была главной идеологией любого гражданина, любого работодателя.

Но здесь надо ещё пройти путь. Соответственно, проблема инерции мышления у работодателя, инерция мышления у работника и инерция мышления у системы профессионального образования.

Максим Морозов: Здесь чуть подробнее хотелось. Ведь кризис среднего специального образования наблюдается с 1990-х годов.

Дмитрий Чернейко: Я не могу назвать это словом «кризис». Это как раз наоборот – сохранение старых стандартов и стереотипов и желание ничего не менять. Может быть, это жёстко сказано, но тем не менее. Сейчас мы чётко понимаем, что важно делать образование совершенно практико-ориентированным (в первую очередь, среднее профессиональное образование и дополнительное профессиональное образование), не вообще учить, чтобы люди получили знания, а чтобы они получили навыки, которые нужны на производстве.

Анализ показывает, что конверсия, то есть трудоустройство по специальности у выпускников многих средних профессиональных учреждений, причём неплохих — это 5-10%, иногда ещё меньше.

Не потому что все обязаны работать только по специальности (я об этом не говорю, жизнь многогранна), но если выпускник становится безработным или ищет работу, или работает не по специальности, то возникает вопрос: «Мы для чего его учили этой специальности?»

Максим Морозов: Но ведь где-то он себя находит на рынке труда?

Дмитрий Чернейко: Конечно. Проблема или наоборот преимущество нашего города в том, что у нас, если ты здоров, если хочешь работать и готов предпринимать усилия для этого, то работу найдёшь с вероятностью выше 100%.

Максим Морозов: Условно, человек отучился на слесаря, а устроился в доставку и получает там 70-80 тысяч, развозя пиццу.

Дмитрий Чернейко: Отлично! Это говорит о чём? Что сегодня недостаточно качественной работы слесаря, чтобы она была привлекательной. И учат так, что в слесари человек не идёт. Посмотрите, кто сейчас ходит по домам в качестве нормального слесаря. Это люди в возрасте 40+, даже иногда 50+, иногда 30+, но не 20. Двадцатилетних слесарей я не видел, а это признак.

Максим Морозов: Это значит, что должна быть более тесная кооперация средне-специальных образовательных учреждений с предприятиями, с компаниями?

Дмитрий Чернейко: Не просто с компаниями и с предприятием, а вообще с бизнес-процессом, потому что сейчас очень много индивидуальных предпринимателей и самозанятых, и они не связаны с предприятиями, они связаны с заказчиками. Но связь образования с заказчиками и работодателями должна быть не просто тесной, а значительная часть образования должна идти прямо-таки на территории работодателя или возможного заказчика, чтобы люди сразу видели самые передовые технологии, если они есть.

Максим Морозов: Если по классике – есть работодатель, но сейчас всплеск самозанятых, люди работают на патенте, либо как индивидуальные предприниматели. Там уже нет этой связи с работодателем, то есть человек сам и есть работодатель.

Дмитрий Чернейко: Я и говорю, что тогда должна быть связь с потенциальными заказчиками, чтобы технология изучалась, чтобы бизнес-процесс изучался.

Максим Морозов: Как это может быть? Сейчас же маркетплейсы, где предоставляются услуги, там очень размытый этот самый заказчик.

Дмитрий Чернейко: Да ну? Вы хотите сказать, что система ЖКХ размыта? Вы хотите сказать, что сантехника и слесаря негде учить, и негде ему показать практическую базу? У нас нет ЖКС, они все пропали?

Максим Морозов: Есть, тогда почему не получается? Нет такого целеполагания?

Дмитрий Чернейко: Как вы считаете, если у всех трёх сторон процесса есть системная инерция мышления, это думаете очень просто преодолеть? Это же колоссальный труд! Есть очень хорошие кейсы, например, в сфере IT. Есть с чего брать пример. Очень хорошие примеры даёт фарма, отличные примеры. Другим участникам бизнес-процесса страны ещё надо много чего преодолеть.

Максим Морозов: Создан Центр кадровой мобильности, межведомственная история. Скажите, пожалуйста, какие задачи стоят перед этим центром, чем он реально сможет помочь?

Дмитрий Чернейко: Главная задача — вовремя найти инвестора, вовремя найти уходящее предприятие и сделать так, чтобы люди не пострадали, чтобы был бесшовный переход. Вот и всё.

Максим Морозов: Медиативные услуги.

Дмитрий Чернейко: В основном — да. Если не получится решить вопросы чистой медиацией, тогда включается ещё система переподготовки. Других жёстких инструментов нет. Главная задача состоит в том, чтобы минимизировать возможные потери для граждан.

Максим Морозов: Что из себя представляет центр инфраструктурно? Допустим, если обратиться, как это будет работать?

Дмитрий Чернейко: Сегодня это диалог между сотрудниками двух комитетов, и пока это работает в индивидуальном режиме. Почему? Потому что примеров пока мало, я их называть просто не хочу, потому что это ненужный информационный шум. Работа ведётся, но она не должна быть до поры до времени публичной.

Максим Морозов: Как сейчас разворачивается ситуация? Насколько волатильна база людей, которые находятся на рынке труда? Насколько я понимаю, сейчас примерно 17 тысяч человек, а вакансий около 25 тысяч.

Дмитрий Чернейко: Да, приблизительно такая картина вакансий. Иногда бывает чуть больше, иногда чуть меньше. Среди зарегистрированных безработных есть тенденция к сокращению. Пока рынок в открытом виде не почувствовал результаты санкций, но по косвенным признакам мы видим, что движение начинается. Люди начинают искать работу, больше резюме размещают по некоторым позициям. Работодатели наоборот начинают гораздо меньше размещать вакансий. То есть первые признаки появились. Я очень надеюсь, что это так и останется признаками.

Максим Морозов: С точки зрения слушателя, если он работник, ощущает себя в группе риска и понимает, что через некоторое время, возможно, он окажется на рынке труда. О чём стоит задуматься уже сейчас, чтобы быть конкурентоспособным на рынке?

Дмитрий Чернейко: Для начала более общее соображение. Если вы ещё работаете, но уже чувствуете угрозу потери работы безотносительно сегодняшней ситуации, желательно начинать искать работу ещё в работающем состоянии. Потому что любой работодатель оценивает так: если вы уже на улице — одно отношение, если вы ещё работаете — другое отношение. Во-вторых, подумайте, что у вас лучше получается, пообщайтесь с профориентатором, с психологом, чтобы вам объяснили, что вы из себя представляете со стороны. Человек очень часто ошибается в самооценке. После этого надо думать, либо добавить образования, и для этого есть все возможности, либо просто искать работу. Если вы прошли пять-десять собеседований и нет результата, это уже признак того что вы делаете что-то не так.

Автор:
Поделиться
Комментировать Связь с редакцией
Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.

Рекомендуем

Правительство выделит около 40 млрд рублей на поддержку рынка труда в регионах.
Банк ВТБ запускает продажу инвестиционных драгоценных слитков для состоятельных клиентов, производитель молочной продукции Fonterra закрывает бизнес в…
Антикризисные меры вологодский оперштаб рассмотрит на заседании 25 марта.
Решение суда распространяется только на социальные сети Facebook и Instagram. Мессенджер WhatsApp будет работать без ограничений на территории РФ.

Комментарии

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.