Telega_Mob

ИТОГИ НЕДЕЛИ: «Вторжение» на Украину, отмена QR-кодов и заявление Башкетовой

Фото: Business FM Петербург

Смольный решил сократить так называемый «комендантский час» для общепита, правда, рестораторы надеялись – что с пятницы или хотя бы с субботы, – но нет: только с понедельника. Следом ещё одна духоподъёмная новость: буквально со дня на день могут отменить пресловутые QR-коды. Кстати, по мнению руководителя петербургского Роспотребнадзора Наталии Башкетовой, два минувших года мы прошли в общем-то без существенных экономических и людских потерь. И пару слов о сериале под названием «Вторжение» России на Украину». По данным американской газеты Politico, «наступление» начнётся после 20 февраля. А всё, что было раньше – лишь отвлекающий манёвр. Итоги недели шеф-редактор Business FM Петербург Максим Морозов обсуждает с владельцем УК «Теорема» Игорем Водопьяновым.

Максим Морозов: Игорь, привет!

Игорь Водопьянов: Привет, Максим!

Максим Морозов: Начнём с так называемого «вторжения». Что это было, на твой взгляд?

Игорь Водопьянов: Очень надеюсь, что оно и не состоится, потому что я человек миролюбивый и считаю, что если никто не умирает, то это очень хорошо. А если начинают стрелять друг в друга, то это плохо. Я, честно говоря, не очень понимаю, что это было, а главное зачем. Но то, что вследствие этого стало хуже — это факт.

Оптимизма у бизнеса не прибавляется. Если начнётся война, то, я считаю, что доллар вначале будет стоить сто рублей, а потом и дальше полетит.

Людям только кажется, что не так важно, сколько рублей дают за доллар, но на их жизни это скажется ментально.

Максим Морозов: Мне кажется, важно проговорить. Как именно скажется?

Игорь Водопьянов:

У нас практически всё, что потребляют люди, имеет валютную составляющую. Даже если людям кажется, что её нет, она есть. У нас даже банально семена картофеля завозятся из-за границы. А, если я не ошибаюсь, в цене картофеля 20% – это цена семян. Нет ничего «исконно русского», так сказать. Вот только берёзки, наверное, которые растут у нас на территории. Но берёзки невкусные.

Максим Морозов: И о пресловутом инвестиционном климате тоже можно будет забыть, если начнётся «горячий» конфликт.

Игорь Водопьянов: Мне кажется, что мы давно о нём забыли. Мы же полностью опираемся за свои силы, поэтому и развиваемся не очень быстро. А кто сказал, что надо быстро развиваться? Может, это самое органичное?

Максим Морозов: Каковы перспективы? Чем закончится история с так называемым «вторжением»?

Игорь Водопьянов: Я понятия не имею. Я не понимаю, с чего это всё началось и тем более не могу понять, чем всё это закончится. Потому что, условно говоря, эти враги, которые окружают нашу Родину, так они и год назад примерно также окружали, и два года назад, и три года назад. Что поменялось? Из-за чего весь кипиш? Понять это невозможно.

Максим Морозов: Ещё одна тема. С понедельника, 21 февраля, власти смягчают санитарные меры. Оборачиваясь назад, как бы ты оценил эффективность действий властей по борьбе с пандемией?

Игорь Водопьянов: Я считаю, что все действия властей не имеет никакого отношения к развитию и угасанию пандемии. Развитие болезни и угасание – само по себе, а действия властей – сами по себе.

Невозможно всё время слушать одно и то же: если растёт заболеваемость, то это население, сволочи, виноваты, потому что по домам не сидят и уколы не делают. А как только заболеваемость начинает падать – это власти добились: «Благодаря нам! А если бы не мы, все бы сдохли!».

Я считаю, что это абсолютно не связанные вещи и думаю, что то же самое можно сказать про руководства всех стран мира. Даже Всемирная организация здравоохранения уже выпустила релиз о том, что не надо по домам сидеть и вообще не надо маски носить, и всё это бессмысленно. Я считаю, что пройдёт какое-то количество лет, допустим, пять, и когда будут обобщать результаты происходящего на планете, придут к выводу, что никакие действия властей не влияли на пандемию. Единственное, что, наверное, влияло – это национальные особенности: условно говоря, в Китае, Японии и Корее меньше болеют в принципе данным типом вируса, а в Европе больше, а в Африке вообще никто не считал.

Максим Морозов: Но власти же говорят, что ограничительные меры для сдерживания пандемии, для того чтобы снизить нагрузку на систему здравоохранения.

Игорь Водопьянов: Власти же должны что-то говорить! Я считаю, что их действия никак не связаны с увеличением заболеваемости и с падением заболеваемости.

Максим Морозов: И не могу не обсудить с тобой заявление главного санитарного врача Петербурга Наталии Башкетовой. По её мнению, два минувших года мы прошли практически без существенных экономических и людских потерь. Ты согласен?

Игорь Водопьянов:

Я считаю, что госпожа Башкетова – настоящий профессионал своего дела, и если она что-то говорит, то так и есть! Если нам кажется, что бизнес пострадал, то это потому, что мы невнимательно смотрим. Она смотрит внимательно и видит, что бизнес никак не пострадал. Особенно торговые комплексы и рестораны. Они вообще никак не пострадали!

Максим Морозов: Игорь, на твой взгляд, кто больше всех пострадал и кто тяжелее выходит из кризиса?

Игорь Водопьянов: Мне кажется, что с торговыми центрами, конечно, труднее всего. Но, в целом, это не только из-за пандемии, а из-за мировой тенденции, что люди больше покупают онлайн. Но и пандемия тоже сильно дала минусов торговым центрам. Я на удивление могу сказать, что офисная недвижимость вообще не пострадала. Мне казалось, что будут большие проблемы, а их нет никаких.

Максим Морозов: А что твои арендаторы говорят?

Игорь Водопьянов: Мы можем сказать, что падения арендной платы у нас не было. Отсюда мы делаем вывод, что все наши арендаторы чувствовали себя более-менее хорошо, за исключением общепита. По общепиту нам пришлось отказываться от арендной платы на длительное время.

Максим Морозов: То есть устроил каникулы? Можно сказать, такой социально ответственный арендодатель.

Игорь Водопьянов:

Если у арендаторов нет денег, мне что, с паяльником за ними бегать что ли? Тут же не вопрос социальной ответственности, а вопрос того, что если действительно они не работают, то откуда возьмут деньги?

Максим Морозов: Тогда логичен вопрос про господдержку. Насколько были эффективными меры?

Игорь Водопьянов: Да не надо на эту тему вообще думать! Не было никаких мер господдержки, ну не было! Это всё разговоры какие-то.

Максим Морозов: По телевизору говорили про миллиарды!

Игорь Водопьянов: Ну что такое миллиарды на страну? Подели одно на другое, и выяснится, что выдали по 500 рублей на человека.

Максим Морозов: Но многие благодарны за деньги на поддержку занятости, например.

Игорь Водопьянов: Я таких людей не знаю, кто говорит: «Слава богу, государство о нас позаботилось!».

В России слава богу, если государство тебя не замечает. Это самая главная мера поддержки. Если вдруг о тебе забыли, ты можешь дышать, а если вспомнили – то всё.

Максим Морозов: Ещё одна, профильная, тема — себестоимость строительства жилья в Петербурге за 2021 год в среднем выросла на 50%, приводит ТАСС исследование центр «Петербургская недвижимость». Из чего сегодня складывается себестоимость строительства?

Игорь Водопьянов: Из того же, из чего складывалась до этого: из стройматериалов, рабочих рук, зарплаты, стоимости земли и из того, чем тебя нагружает родное государство – детские сады и школы. Иногда ещё что-нибудь заставляют делать.

Максим Морозов: Давай разделим на собственно строительную и не собственную строительную себестоимость.

Игорь Водопьянов: Не собственно строительная — это то, что у нас дорожает труд мигрантов.

Нам только кажется, что мигранты прямо рвутся в нашу прекрасную, богоспасаемую страну из республик Средней Азии. Так они рвутся не только сюда. Например, в Казахстан, Китай и Абу-даби, где платят уже даже чуть-чуть больше.

Поэтому квалифицированных рабочих не так много осталось. Соответственно, приходится им здесь больше платить для того, чтобы они сюда приезжали и работали. Нехватка их здесь не только из-за того, что так тщательно работает миграционная служба, которая тщательно проверяет, туды-сюды, пятое-десятое, а просто сюда уже ехать не сильно хотят.

Максим Морозов: Всех волнует вопрос: насколько подорожают квартиры, если себестоимость строительства действительно выросла на 50%.

Игорь Водопьянов: Я не считаю, что себестоимость выросла на 50%. Всё-таки это пальцем в небо. Надо по итогам посмотреть, посчитать, там всё-таки вегетационный цикл достаточно большой. Я считаю, что, наверное, по итогам будет процентов 20 роста себестоимости, ну, 25%. Но надо посмотреть на всём промежутке. Ведь арматура сейчас стоит только-то, потом столько-то, с песком, щебнем и всем остальным такая же ситуация.

Максим Морозов: Плюс к стоимости квартиры сколько?

Игорь Водопьянов: Я думаю, что большого роста не будет, потому что у нас уже кредиты дают под двузначные ставки. Кажется, народ будет немножко крякать. Я не думаю, что будет ещё какой-то бурный рост. Если, конечно, не отвалится рубль к 100-120 за доллар, то так, как есть сейчас. Плюс-минус, ещё процентов 10 за год добавится.

Максим Морозов: Резюмируя, скажем, что жить можно. Игорь, спасибо!

Игорь Водопьянов: Спасибо, пока!

Автор:
Поделиться
Комментировать Связь с редакцией
Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.

Рекомендуем

Недвижимость по всему миру дорожает. Ставки аренды тоже, правда, меньшими темпами. Как следствие - снижается доход арендодателей. Но в последние месяцы…
С Lexus NX мы впервые познакомились еще в декабре 2014 года. Это был потенциальный хит – невероятно стильный, с уважаемой в России эмблемой и не по статусу…
В годы нацистской оккупации Парижа он спас от уничтожения модную индустрию Франции, отменив, в результате тяжёлых переговоров, закрытие модных домов, нормирование…
Начну я неожиданно. Но не для себя. Лучшей новостью февраля, вне зависимости от переговоров на высшем уровне и цен на гречку, станет приход Антона Пинского…

Комментарии

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.