Sharingbest mob 27 мая

20.04.2020

«Минимум закрытой информации – эффективность работы на «удалёнке» повысилась»

Гость программы - президент группы RBI Эдуард Тиктинский

Каждый второй топ-менеджер считает, что его подчиненные в самоизоляции работают не хуже, чем в офисе, пишут «Известия» со ссылкой на опрос HeadHunter. При этом 15% отметили, что сотрудники стали более ответственными, ускорили выполнение заданий и оперативнее реагируют на запросы. Опытом удалённой работы в кризисный период с обозревателем Business FM Петербург Максимом Морозовым поделился президент группы RBI Эдуард Тиктинский.

Максим Морозов: Эдуард, как изменилась работа девелоперских компаний в связи с пандемией коронавируса? Как в связи с пандемией приходится трансформировать бизнес-модель?

Эдуард Тиктинский: Я могу про нас рассказать. Я стараюсь практически любой рассказ о деятельности компании начинать с корпоративной культуры так или иначе. Я считаю два фактора конкурентоспособности – это сильный кэш-флоу и корпоративная культура. Они очень важны сейчас. Я могу с удовлетворением сказать, что компания поразительно быстро отработала, команда. Мы за пару недель перевели людей на удаленку, мы внедрили новые инструменты, провели несколько семинаров, как работать удаленно, снабдили людей разной информацией, техникой, создали горячие линии поддержки психологического состояния людей и технического состояния, все ли работает, эмоциональное состояние очень важно. Мы сделали, например, несколько Telegram-каналов, «пока все дома», чтобы ребята могли котиками обмениваться, как-то настроение чтобы поддерживать, помогать. Мы предложили бесплатный коучинг по 2 часа каждому желающему, чтобы поддержать психологическое состояние, мало ли у кого что происходит в жизни, из дома работать непросто.

Максим Морозов: Во многом это психология, психологические моменты.

Эдуард Тиктинский: Да, здесь очень много психологических моментов. Представьте, вы в небольшой квартире оказались…

Максим Морозов: Невольным заложником…

Эдуард Тиктинский: Да, да… Муж, жена и, например, двое детей. У вас в хорошем варианте трехкомнатная квартира, например 65-ти или 70-тиметровая. Это сложное испытание, в том числе, и семейное, поэтому наша задача помочь нашим людям всячески. Люди должны чувствовать заботу. Те, кто приезжают, мы требуем, чтобы они приезжали либо на собственном транспорте, либо оплачиваем такси. Маски, санитайзеры… Еще раз говорю, психологическая поддержка. Но эффективность работы во многом повысилась, потому что ситуация стала более прозрачной, кто чем занимается, появились достаточно новые для нас инструменты и ZOOM, естественно… Мы провели недавно собрание, почти 300 человек по ZOOMу. Это, на мой взгляд, достаточно успешная история. Люди обменивались в чатах, мы крутили несколько роликов, и люди чувствуют себя объединенными, им значительно легче. Trello мы используем для проектов, то есть практически все проекты, которые реализуются, в режиме реального времени меняется ситуация, каждый в своем проекте пишет, что изменилось, как движется. И, знаете, минимум закрытой информации. Вся компания в курсе, кто чем занимается, что происходит. Это совсем другая концепция. Когда раньше говорили люди, что не хватает информации, это не значит, что что-то было закрыто, но просто это все не так было удобно.

Максим Морозов: Тренд на транспарентность.

Эдуард Тиктинский: Да-да… Что-то надо было где-то искать, а сейчас все понятно – есть доска, пожалуйста, смотри, кто что делает, как компания двигается. В частности, все мероприятия по удаленной работе. Сколько масок купили, сколько перчаток купили, сколько на такси истратили… Люди все это видят, это, конечно, совсем другая история. Плюс правила коммуникации, например. Если каждый раньше мог к каждому зайти, позвонить, выдернуть, то сейчас мы попросили людей, если нет срочных каких-то вопросов, не звонить. Напиши по почте, если тебя в течение полудня ответ устроит. Если надо быстрее – напиши в мессенджер. Если у тебя уже горит, тогда позвони. Тоже важно, потому что люди работают, они могут сосредоточиться. Каждое переключение серьезно отвлекает. Тут много изменений. Для нас это очень полезный опыт. В целом несмотря на такую очень тревожную психологическую ситуацию, люди очень воодушевлены, как быстро компания изменила принципы своей работы. Потом, быстрее решения стали приниматься, это тоже очень…

Максим Морозов: Да, это важно. Еще один блок вопросов по бизнесу. Согласно опросу Высшей школы экономики, который провели, правда, до начала пандемии, ситуация в строительной отрасли в начале года стала налаживаться: замедлилось снижение числа заключенных договоров, укрепился финансовый потенциал застройщиков. Как меняется ситуация сейчас, в динамике? Ожидается ли снижение спроса? Падение цен? Вообще, какие факторы являются определяющими сегодня?

Эдуард Тиктинский: Нам еще сложно делать какие-то выводы. Я могу сказать на примере RBI, что апрель выглядит очень хорошо. Если взять бюджет 20-го года и посмотреть, сколько мы планировали продавать в апреле, то мы эти планы выполняем. Он несколько хуже марта, процентов на 30, но просто очень хороший был первый квартал у нас. Мы сильно перевыполнили планы и по ценам продаж, и по объему продаж, поэтому на сегодня динамика нас устраивает. Мы полностью перестроились с точки зрения удаленных продаж. Мы делаем презентации, менеджер на объекте прямо водит такие онлайн-экскурсии по объекту. У нас еще плюс в том, что у нас очень много готовых объектов, там есть товарный запас. Мы водим клиентов прямо по объекту, говорим: «Вот двор. Вот зелень. Вот вам квартира с отделкой.» Мы не стали снимать ролики с предложением человеку просто ознакомиться, а просто менеджер прямо показывает онлайн. Клиент сам ее ведет, говорит: «А давайте туда заглянем. Давайте, вот это посмотрим.» Это отвечает нашей миссии B2I, то есть персонализация сервиса.

Максим Морозов: Как чувствуют себя девелоперы, который имеет разнообразное предложение, то есть от готовых объектов, так и строек на начальном этапе, причем разных классов, в разных районах? Их положение наверняка отличается от положения других застройщиков.

Эдуард Тиктинский: Трудно сказать, потому что у нас достаточно сбалансированный портфель. Есть объекты в разной степени готовности. Я думаю, что будут сложности с объектами эконом-класса. Обратите внимание, что в стране по статистике в стройке находится порядка 100 млн квадратных метров против 115 – в прошлом году, то есть на 15% сократился объем строительства. Это значит, что новые объемы не выводятся в продажу. Если взять Питер, по прошлому году в первом квартале было 700 тысяч, а в этом – 350 тысяч. Сейчас, конечно, застройщики будут придерживать запуск новых объектов, таких эконом-класса массивных, потому что риски здесь достаточно велики. Я думаю, что комфорт-класс будет лучше себя чувствовать. Сложно очень судить, потому что, если говорить, например, о бизнес-классе – это и предприниматели, и собственники и малого и среднего бизнеса. Сейчас у них далеко не сладкая ситуация. Люди тоже будут подтормаживать. У кого-то, у кого накопления в долларах и евро, сейчас хорошее время, чтобы купить квартиры за меньшее количество долларов или евро. Очень индивидуальная ситуация, и сейчас еще рано делать какие-то выводы, но в апреле ситуация для нас выглядит весьма благоприятной.

Максим Морозов: В качестве такого резюмирующего вопроса. Одна из ключевых тем, по крайней мере, которую поднимают инвесторы, какие проекты со временем могут подрасти в цене?

Эдуард Тиктинский: Проекты с продуманной концепцией, проекты качественные, проекты, которые точно попадают в клиента. Скажем так, просто какой-то проект эконом-класса не растет в цене по мере готовности особо на стоящем, например, рынке. Но проект, который с очень продуманной концепцией, проект с хорошим сервисом, с хорошим уровнем продаж, с хорошим продуктом… Причем продукт, вы понимаете, не только квартиры, места общего пользования, это вся логистика, закрытый двор, хорошее озеленение. И по мере того, как объект воплощается, у нас такие примеры были, люди фасад увидели, и это дает какой-то скачок продаж. Нужно делать свое дело хорошо. Вот, что можно сказать. Добросовестно. И клиент будет благодарен.

Максим Морозов: То есть можно сказать, что клиент консервативен, и вот набор факторов, который определяет высокий спрос на определенный объект, он стабилен?

Эдуард Тиктинский: Я бы не сказал, что клиент консервативен. Набор факторов меняется. Если мы говорим о том, что является каким-то трендом, что появляется… Вот мы стали делать фруктовые сады в наших проектах, площадки для скейтбордистов и так далее, какие-то скульптуры современные. В этой части продукт мы стараемся все время менять. «Умный дом», предположим, и так далее. Консервативен клиент в той части, что это хороший консерватизм, что люди становятся просто более грамотными, более квалифицированными. Они выбирают хорошие продукты, а плохие не выбирают.

Поделиться
Комментировать
Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.

Рекомендуем

ПИСАТЕЛЬСКИЙ ВЗВОД: «Железный дождь». Виктор Курочкин
Отрывок из произведения читает руководитель Управления ФНС по Петербургу Александр Гнедых
ПИСАТЕЛЬСКИЙ ВЗВОД: «Мой лейтенант». Даниил Гранин
Отрывок из произведения читает заслуженный мастер спорта России, владелец М16 Group Вячеслав Малафеев
ПИСАТЕЛЬСКИЙ ВЗВОД: «Памятка». Фёдор Абрамов
Отрывок из произведения читает народный артист России Николай Буров
ПИСАТЕЛЬСКИЙ ВЗВОД: «Причуды моей памяти. Война». Даниил Гранин
Отрывок из произведения читает уполномоченный по правам человека в Петербурге Александр Шишлов

Комментарии

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.