07.05.2020

ЮЛИЯ ВЫМЯТНИНА: Усилится скрытая безработица, «белой» зарплаты будет меньше

Интервью

В правительстве готовят третий пакет мер, направленных на поддержку бизнеса. Речь идёт о возобновлении работы после завершения режима самоизоляции. По каким критериям следовало бы включать компании в список отраслей, наиболее пострадавших от коронавируса, какая помощь со стороны государства оказалась наиболее эффективной, что ждёт рынок труда и чей зарубежный опыт можно было бы позаимствовать? Об этом – в интервью обозревателя Business Максима Морозова с деканом факультета экономики Европейского университета в Петербурге Юлией Вымятниной.

Максим Морозов: Как вы считаете, нужно ли расширить список отраслей, наиболее пострадавших, и по каким признакам все-таки оценивать, кто как пострадал?

Юлия Вымятнина: Мне кажется, что список в итоге будет расширяться, потому что навскидку все, что связано с рекламой, например, тоже, скорее всего, просело. И конечно, очень сильная проблема в секторе самозанятых, которые, может быть, даже не были зарегистрированы в качестве самозанятых. Поэтому много проблем – почему кто-то зарегистрировался не совсем по ОКВЭДу, не по тем категориям. Поэтому мне кажется, что лучше всего, конечно, было бы ориентироваться на экономические показатели, как упал оборот, как упала выручка, это все легко проследить для большинства компаний.

Максим Морозов: А здесь на какие цифры мы смотрим – минус 30% от оборота, минус 2/3 от оборота?

Юлия Вымятнина: Я думаю, что здесь, опять-же, хорошо бы проявить гибкость. Есть ведь сезонные какие-то вещи. То, что сейчас они просели на минус 30, может не говорить ни о чем, потому что они всегда проседают на минус 25. Здесь, скорее, надо смотреть на, условно, минус по сравнению с предыдущим годом.

Максим Морозов: Год к году.

Юлия Вымятнина: Они просели за первый квартал по сравнению с предыдущим годом насколько. И, скажем, понимать, что минус 50 – это уже точно надо поддерживать, минус 25 – наверное, какую-то минимальную поддержку нужно оказывать. То есть мне кажется, что вообще поддержка и бизнеса, и людей – хорошо бы, чтобы она шла по такому, может быть, даже заявительному принципу, особенно для малого и среднего бизнеса.

Максим Морозов: Как это администрировать?

Юлия Вымятнина: По сути, минимально администрировать. Вот просит компания, подпадающая под критерий «малый и средний бизнес», поддержку – сказать, что поддержку на каком-то уровне мы оказываем вообще по заявительному принципу. Просите поддержку – вот вам поддержка.

Максим Морозов: Представляете, какая волна мошенничеств будет, сколько людей захотят половить рыбку в мутной воде?

Юлия Вымятнина: Во-первых, все равно захотят, во-вторых – нам дешевле поддержать большее количество компаний и людей, чем потратить время на то, чтобы выяснить, кто действительно нуждается, кто нет. Ведь вспомним, когда пошел кризис финансовый, банковский, 2008-2009 год, в общем-то, спасали для начала все банки на первом этапе, не разбираясь, кто из них хороший, кто плохой. Разбираться надо, так сказать, на следующем этапе, сейчас важнее поддержать максимальный объем.

Максим Морозов: Как вы это видите на практике – компания малого и среднего бизнеса какие документы, что должна предоставить, чтобы получить поддержку?

Юлия Вымятнина: Заявление, что вот, значит, смотрите – у нас была выручка в первом квартале прошлого года такая, позапрошлого, например, такая, а сейчас такая. Видите, мы просели настолько, просим поддержку – все. Дальше уже, видимо, надо оценивать, что бюджет потянет, кому сколько дать – но минимизировать администрирование вот этой всей вещи.

Максим Морозов: Какие из федеральных и региональных мер поддержки, которые приняты на сегодняшний день, можно назвать эффективными и достаточными, как вы оцениваете? Давайте по двум направлениям: первое – поддержка граждан, второе – поддержка экономики и бизнеса.

Юлия Вымятнина: В целом, то, что связано с предоставлением разного рода каникул, банковских по кредитам, каких-то отсрочек – оно, как мне кажется, проще работает у банков для людей, то есть они, в общем-то, автоматически предлагают клиентам, у которых есть кредиты или кредитные карты, подключить – даже иногда по умолчанию подключают – отсрочку уплаты кредитов. Это, видимо, как-то у банков идет проще. Вот что касается, скажем, обещанных кредитов на заработную плату – как известно, они пока не работают, потому что слишком сложная схема. Банкам это обещают возместить когда-то потом из какого-то фонда, а проблемы у банков с капиталом начнутся сейчас, если они начнут такие кредиты выдавать.

Максим Морозов: Потому что они высокорискованные изначально, априори.

Юлия Вымятнина: Они изначально высокорискованные и убыточные. Потому что банк должен выдать кредит под 0%, ему под это кредитует Центробанк под ключевую ставку, а когда эти потери ему возместят? Может быть, если все сложится. Поэтому мне кажется, что здесь идея хорошая, но не до конца продуманная.

Максим Морозов: На что-то еще из мер поддержки бизнеса вы обратили внимание? Что можно назвать таким, действительно, эффективным, и то, что уже сработало?

Юлия Вымятнина: Я думаю, что уже срабатывает обещанная налоговая отсрочка, хотя не везде, я так понимаю, она тоже срабатывает одинаково хорошо. Хотя по-прежнему считаю, что лучше было бы, опять же, малому и среднему бизнесу точно, часть налогов просто простить, чтобы не бегать за ними потом. Аренда государственной собственности, те, кто арендует у государства – это тоже явно работает лучше, чем когда арендаторы – коммерческие лица, которым самим надо кому-то что-то платить. То есть это все, безусловно, работает, но мне кажется, опять же, у нас как всегда, давайте ограничим, давайте ограничим круг лиц, давайте осторожно. Я понимаю, очень хочется сэкономить бюджет, но мне кажется, что немножко не тот масштаб. И возможно, вообще стоит рассмотреть идею, что буквально всем гражданам выплатить, независимо ни от каких справок, небольшую фиксированную сумму.

Максим Морозов: Как это делается, например, в Соединенных Штатах, там 1200 долларов – единовременная выплата.

Юлия Вымятнина: Да, что-то в этом духе. И причем, понятно, что это не должны быть деньги Центробанка, а это деньги правительства, которое может себе позволить дополнительный госдолг, у нас прекрасные показатели, мы можем позволить себе дополнительные заимствования.

Максим Морозов: В последнее время наметился хит-парад предложений – различные бизнес-ассоциации, общественные объединения предлагают различные послабления для бизнеса на фоне пандемии. Есть и такие радикальные предложения – вообще ввести мораторий на определенные налоги до конца года, сделать существенные скидки на оплату услуг монополистов, коммунальные услуги и так далее. Какие меры поддержки, на ваш взгляд, стоило бы принять на федеральном и региональном уровне?

Юлия Вымятнина: Я думаю, что, конечно, бизнесу очень помогла бы заморозка или временная отмена каких-то налогов, опять же, с максимально упрощенным администрированием, чтобы не нужно было доказывать, что ты не верблюд и тебе это полагается. С коммунальными платежами или с какими-то еще вещами – это такая история, более сложная, потому что здесь нужно очень хорошо понимать, что сейчас вообще физические лица будут очень плохо платить. И этому сектору уже нужна поддержка. Не знаю, насколько это спасет пострадавшие компании, какие-то льготы в этом направлении, но мне кажется, что принятие того, что это форс-мажорная ситуация, упростило бы разрешение многих ситуаций, которые сейчас возникают у компаний, и меня радует, что уже, если не ошибаюсь, Совет Федерации обсуждает вопрос.

Максим Морозов: Но пока режим ЧС не вводят, а монополисты справедливо говорят, что они тоже акционерные общества, тоже коммерческие компании, у них тоже есть инвестпрограмма, и, соответственно, если они будут делать скидку, то кто-то должен будет, в любом случае, возмещать эти выпадающие доходы.

Юлия Вымятнина: Конечно, поэтому государство, опять же, должно смотреть либо на то, как субсидировать деятельность этих монополистов, либо, как это было после кризиса 2008-2009 года, позволять пересматривать инвестпрограмму монополистов, потому что очевидным образом обстоятельства изменились. Не говоря уже о том, что вот тут как раз прекрасный повод государству стимулировать экономику за счет какого-то государственного участия в такого рода инвестициях, более активного.

Максим Морозов: Какая из стран, на ваш взгляд, наиболее благополучно проходит кризис и может благополучно выйти, с наименьшими потерями из кризиса? Вообще, чей опыт зарубежный мы могли бы взять?

Юлия Вымятнина: Мне кажется, что по прохождению напрашивается, скажем, Южная Корея, которая очень активно тестировала людей и активно отслеживала контакты. И поэтому, условно говоря, они прошли легче и дешевле для экономики. Понятно, что у нас другие масштабы, но у нас и плотность населения, там, где важно тестировать, тоже не везде такая высокая. И с точки зрения зарубежного опыта очень рано судить, что окажется лучше, но интересно будет, безусловно, посмотреть в итоге, сработает ли стратегия Швеции, которая, как известно, ввела какие-то минимальные ограничения и утверждает, что, в конечном счете, все равно они окажутся не хуже, чем все остальные. Просто сейчас нет возможности судить об эффективности разных экономик, надо посмотреть, как они будут выходить и придется ли им возвращаться обратно, и понадобятся ли дополнительные меры поддержки.

Максим Морозов: А когда это примерно станет ясно – летом, к осени, к концу года?

Юлия Вымятнина: Это вопрос к тем, кто знает все про вирусы. Потому что до тех пор, пока у нас нет вакцины и нет понимания, как этот вирус мутирует, совершенно невозможно делать разумные прогнозы. То есть можно поговорить, но это ненаучно.

Максим Морозов: Сложно говорить о том, когда произойдет отскок экономики в России, тоже разные гипотезы строятся – 21-й год отскока, опять же, большая зависимость от цен на нефть. Все-таки, хотя бы в общих чертах, как долго российская экономика будет выходить из кризиса?

Юлия Вымятнина: По моим ощущениям, если не будет каких-то новых волн и всплесков, я думаю, что минимум до конца этого года. И конечно, я очень сомневаюсь, что это будет, как говорят, v-shape recovery, то есть такой, v-образный отскок. Потому что сначала, может быть, и будет какой-то всплеск оптимизма, но потом, я практически уверена, что, опять же, будут отпускаться и притормаживаться обратно какие-то меры. Потому что, конечно, вирус пока распространяется бодро, и здесь наш выход из самоизоляции просто спровоцирует распространение. И сейчас исследования показывают, что люди и компании, которые тоже люди, в конечном счете, они на негативный опыт – а это, безусловно, негативный опыт – реагируют долгой, так сказать, памятью, поэтому люди будут осторожнее тратить, компании будут осторожнее инвестировать. Поэтому такого быстрого отскока, мне кажется, ожидать не стоит.

Максим Морозов: Какой вы видите трансформацию рынка труда?

Юлия Вымятнина: Безработица вырастет – это безусловно. Но я боюсь, что процесс выхода из серой зоны занятости остановится и, собственно, пойдет обратно. То есть опять будет меньше белой зарплаты и больше какой-то скрытой зарплаты. И попытка вывести людей самозанятых в легализованную формальную форму – мне тоже кажется, что она сейчас немножко уйдет в тень. Ну, собственно, люди будут еще меньше видеть выгод в том, чтобы регистрироваться, платить какие-то налоги. И бизнес, безусловно, будет с гораздо меньшей охотой сейчас нанимать на белую зарплату. Поэтому да, безработица будет, и усилится скрытая безработица, я думаю.

Максим Морозов: Последний вопрос, макроэкономический, о прогнозах цены на нефть – какой из них вам кажется наиболее реалистичным?

Юлия Вымятнина: Ох, прогнозы цены на нефть – это самое неблагодарное дело, как известно. Ну, я думаю, что, когда из локдауна мир в целом – ну, скажем, 90% мировой экономики выйдет – то 40 долларов за баррель, мне кажется, что будет точно, а вот дальше уже надо смотреть, кто там куда будет тянуть одеяло.

Максим Морозов: Как при этом будет чувствовать себя бюджет России? Потому что-то нам говорят, что при 10 долларах за баррель мы продержимся, кто-то говорит, что нужно к 60-ти возвращаться – вот как будет комфортно бюджету в условиях того, что много денег идет, действительно, на поддержку?

Юлия Вымятнина: Много денег сейчас, все-таки, частично, по крайней мере, пойдет из нашего резервного фонда, не зря мы его копили. И бюджету у нас, в принципе, при 40-45 долларах будет нормально – не прекрасно, но нормально. Опять же, у нас есть возможность выпускать госдолг пока на достаточно комфортных условиях, поэтому здесь будет тоже неплохо. И действительно, при низких ценах мы сколько-то продержимся. И, кстати, у нас запас даже, может быть, бюджетной устойчивости в чем-то лучше, чем у Саудовской Аравии, у нас просто бюджет меньше в принципе изначально берет на себя обязательств. Поэтому выдержим какое-то время, но дальше вопрос, конечно, будут ли как-то изменяться бюджетные программы. Я полагаю, что будет рост расходов на здравоохранение, но будет ли это и рост бюджета общий, или рост за счет чего-то расходов на здравоохранение – это надо посмотреть, и, конечно, отчасти это будет определяться и ценой на нефть.

Поделиться
Комментировать
Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.

Рекомендуем

Двухколесный транспорт против коронавируса
Активисты предложили построить в Петербурге временную сеть велодорожек.
Новая идея чиновников: контроль соблюдения масочного режима за счет малого бизнеса
С помощью техники чиновники намерены контролировать соблюдение требований Роспотребнадзора при поэтапной отмене карантинных мер.
Предприниматели Петербурга оценили эффективность второго пакета мер по поддержке бизнеса
Второй пакет мер, накануне анонсированный Смольным, лишь отчасти оправдал ожидания бизнеса.
Стоит ли ждать в России всплеска преступности?
Эксперты и политики стараются спрогнозировать возможные последствия пандемии.

Комментарии

  1. Широков Константин 08 мая 2020, 22:49 # 0
    Юль, спасибо за внимание к рекламщикам. Когда надо выживать — рекламу режут первыми пунктами.

    Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.