ЦБ 21.04
$76.02
91.75
ММВБ 21.04
$76.17
90.93

Александр Гнедых vs Александр Абросимов: «налоговый баттл»

Только 2% компаний от общего числа зарегистрированных в Петербурге за полтора года, не вызывают вопросов со стороны ФНС. По данным на 1 июля 2019 года, 52% юридических лиц сдают нулевую отчётность или вообще не отчитываются перед налоговой службой. О «летней аномалии» с регистрацией юрлиц, популярных схемах уклонения от внесения платежей, кадровых решениях, альтернативе ЕНВД и мерах по противодействию рейдерскому захвату бизнеса через смену гендиректора в эксклюзивном интервью обозревателя Business FM Петербург Максима Морозова с руководителем Управления ФНС по Петербургу Александром Гнедых и петербургским бизнес-омбудсменом Александром Абросимовым.

Максим Морозов: Александр Викторович, ваша такая громкая цитата. На Общественном совете по развитию малого предпринимательства при губернаторе вы заявили, что по состоянию на 1 июля 2019 года на налоговом учете находится 298 тысяч юридических лиц. Из них 52% не отчитываются. И, таким образом, Петербург на первом месте в стране по разнообразию схем ухода от налогов.

Александр Гнедых: Это действительно так, только Петербург на первом месте в стране по схемам не от количества не отчитывающихся организаций, а от процента НДС-ных разрывов к общей сумме заявленных вычетов. И мы с этим работаем, и, наверное, чтобы правильно ответить на этот вопрос, мы взяли и посмотрели статистику – сколько юридических лиц зарегистрировалось за 1,5 года, с 1 января 2018 года по 1 июля 2019. И дальше посмотрели по нашим информационным ресурсам, что, все-таки, происходит с теми компаниями, которые вновь созданы за последние 1,5 года.

Максим Морозов: То есть вот эти 52% – они спящие? Почему они не отчитываются?

Александр Гнедых: Нет, это мы сейчас о разных вещах говорим. 52% – это в общем реестре, а я говорю за аналитическую составляющую за 1,5 года. Да, на самом деле в Петербурге по состоянию на 1 июля процент не отчитывающихся организаций и предоставляющих нулевую отчетность – 52,7%. Из этого количества 26 тысяч предоставляющих нулевую отчетность, которая…

Максим Морозов: Не ведущие деятельность.

Александр Гнедых: Ну да, да. Но они легитимны, потому что ну не у всех же сразу находится работа на следующий день после регистрации. Мы посмотрели, чем занимаются компании после регистрации, за 2018 год полностью и первое полугодие 2019-го. 15% от общего количества зарегистрированных за этот период, 40 с чем-то тысяч, не открыли расчетные счета. Следующий показатель – какой-то процент, после регистрации прошел определенный период, перестали сдавать отчетность. Даже ту – как вы их назвали, спящие – которые должны сдавать нулевую, те, у которых нет деятельности. Но они в реестре – проходит еще какое-то время, определенный процент уже попал в недостоверность. То есть при работе налоговых органов они так же не находятся по адресу, у них иной учредитель, иной директор и т.д. Какой-то процент уже находится в схемах. И, проведя этот большой развернутый анализ, мы увидели, что от общего количества зарегистрированных за 1,5 года нет вопросов лишь только к 2% от общего количества зарегистрированных.

Максим Морозов: То есть абсолютно добросовестные – только 2%?

Александр Гнедых: Это те, к которым нет вопросов, что они отчитываются. Но есть один момент, который всегда настораживает. Мы с вами говорили, что да, для малого бизнеса, наверное, желательно оставить упрощенную систему налогообложения. Ну, кроме упрощенки, есть другие налоговые режимы специальные, которые имеют гораздо меньшую налоговую нагрузку, нежели чем при обычной системе налогообложения, если мы за основу возьмем одни и те же физические показатели. Например, выручка предприятия, его затратная составляющая. Но при первичной регистрации 74% от вновь зарегистрированных компаний заведомо заявляют обычную систему налогообложения там, где они являются плательщиками НДС, зная, что есть специальные налоговые режимы, где есть заведомо меньшая налоговая нагрузка.

Максим Морозов: Александр Абросимов, вот вы бы как прокомментировали эту статистику, 52% с лишним не отчитываются – почему?

Александр Абросимов: Статистика, которую привел Александр Викторович – допустим, не открывают счета 13%, 15% не сдают отчет, значит, не ведут никакой финансово-хозяйственной деятельности. Это говорит о том, что, раз нет движения денег, они ни в каких схемах участвовать не могут вот уже просто сами по себе – то, о чем говорил Александр Викторович. Более того, есть сегодня компании, которые предоставили недостоверные сведения. Как можно предоставить недостоверные сведения за 1,5 года работы – это ненахождение по месту адреса. При регистрации идет проверка тех договоров, которые предоставляет предприниматель в налоговую – это первый вопрос. Второй момент, который связан с тем, что предоставление недостоверных сведений со стороны предпринимателя – вопросы, связанные с тем, что, опять же, не ведется финансово-хозяйственная деятельность. Там, где нет финансово-хозяйственной деятельности, у нас практически 2% остается те, которые ведут. И говорить о том, что мы, наверное, самый коррумпированный или криминальный город в стране – вот из 2% не могу согласиться.

Александр Гнедых: Если бизнес не ведет деятельность, это не означает, что он что-то нарушает, при условии, что он отчитывается и предоставляет в своей отчетности цифры, равные нулю.

Максим Морозов: Тогда объясните мне, пожалуйста, почему они не отчитываются? Если они ведут, не ведут – неважно.

Александр Абросимов: Есть разные вопросы. Допустим, сегодня для того, чтобы участвовать в конкурсе или в тендере, необходимо иметь уже юридическое лицо. Конкурсы, допустим, подача заявок, заявлений, обработка данных – они растягиваются от двух до полугода, а то и больше в случае отмены и т.д. Это, как бы, один момент, который...

Максим Морозов: Это не значит, что не нужно отчитываться за это время.

Александр Гнедых: Абсолютно верно.

Максим Морозов: Даже если у тебя ноль – ну подай документы.

Александр Гнедых: Подай, в этом-то и вопрос!

Александр Абросимов: Нулевая декларация и подают.

Максим Морозов: Так 52% не подают. И вопрос – почему?

Александр Абросимов: Плюс ко всему, допустим, малый и средний бизнес, вот который мы сделали статистику, практически при открытии компании в лучшем случае там где-то порядка 30-40% остаются к концу года. Александр Викторович это тоже знает, потому что найти помещение для выполнения производственных целей, взять, допустим, кредит, вписаться в получение заказа. То есть для малого и среднего бизнеса, особенно производственного, это – проблема. Для малого бизнеса и среднего бизнеса, который занимается торговлей, участие просто в тендере, в схему размещения НТО попасть.

Максим Морозов: Нестационарные торговые объекты.

Александр Абросимов: Заявка, проведение конкурса, результаты конкурса, строительство объекта, этого нестационарного торгового объекта. Это, в лучшем случае, в год если укладываются – это хорошо, а то и в 1,5 года. То есть он практически не ведет деятельности после того, как пройдут тендеры и конкурсы.

Александр Гнедых: Александр Васильевич, мы говорим о другом. Не ведет, не участвует в конкурсе, но ничто ему не мешает предоставлять нулевую отчетность раз в квартал, чтобы быть абсолютно легитимным.

Максим Морозов: Быть добросовестным.

Александр Гнедых: Если предприятие не отчитывается, или даже если оно отчитывается и предоставляет нулевую отчетность или не отчитывается, и нет движения у него по банковским счетам – как мы говорим, хотя бы по той причине, что у него даже счета нет в банке.

Александр Абросимов: Он никак не может участвовать…

Александр Гнедых: Александр Васильевич, это ничуть не мешает ему участвовать в схемах. Почему – а очень просто! Изготавливается пакет документов, что это предприятие выступает продавцом и покупателю продало какой-то товар с налогом на добавленную стоимость. Что делает покупатель? Сегодня, мы говорим, законодательство не спрашивает у покупателя, рассчитался он с продавцом за поставленный товар или нет, это норма права уже, он вычеты заявляет даже без оплаты. И сегодня покупатель заявляет вычеты, так называется, «гоняется бумажный НДС». Сделки не было на самом деле, Александр Васильевич.

Александр Абросимов: При возврате НДС назначается камеральная проверка, вплоть до того, что проверка еще правоохранительная.

Александр Гнедых: Александр Васильевич, мы говорим не о возврате НДС, мы говорим о заявлении налогоплательщиком вычета по НДС. То есть получается, чтобы чаша весов была в равновесии, продавец, который продал покупателю товар, – он с этой сделки НДС государству должен заплатить, а покупатель, купив товар, оприходовав его у себя на складе, НДС входящий, он ставит его в вычеты. Получается, покупатель НДС поставил в вычеты, уменьшил налогооблагаемую базу, а продавец его не заплатил – государство пострадало дважды. Потому что продавец не заплатил, а покупатель поставил в вычеты. И сегодня мы находим тот бизнес, который отчитывается, не имея расчетных счетов, но он уже в схемах. Почему – потому что на коленке рисуют так называемые счета-фактуры и ставят на них печати и т.д., не понимая того…

Александр Абросимов: Но это не десятки тысяч, Александр Викторович. Это, может быть, одна-две компании.

Александр Гнедых: Ну как…

Максим Морозов: Это слишком различаются у вас.

Александр Гнедых: Если у нас сегодня установлено 3800 выгодоприобретателей, которые имеют НДС-ные разрывы, а мы говорим, одна или две компании. И еще один тонкий момент: в чем проблема сегодня порядочного бизнеса, белого?

Максим Морозов: Добросовестного.

Александр Гнедых: Добросовестного, которого мы с вами защищаем, помогаем и т.д. Сегодня все чаще и чаще представители порядочного бизнеса задают вопрос: «Александр Викторович, мы слышали, что президент поставил задачу для города, бюджет Петербурга к концу 2024 года должен быть 1 трлн рублей. Мы участвуем в формировании бюджета Петербурга, мы участвуем в формировании бюджета России. А что вы делаете с тем бизнесом, который мешает нам работать?» Законодательство поменялось: в 2017 году и если мы показываем пальцем на выгодоприобретателя в лице порядочного бизнеса, который купил на самом деле законно, а тот продавец не уплатил налог на добавленную стоимость и мы последнего покупателя, добропорядочного, считаем выгодоприобретателем…

Максим Морозов: И он как бы в схеме получается?

Александр Гнедых: В схеме тот, если тот прямо, то этот – косвенно. Потому что они партнеры между собой, один – продавец, второй – покупатель. Мы сегодня говорим…

Александр Абросимов: Александр Викторович, Пленум Верховного Суда разъяснил уже эту ситуацию. Правоохранительные органы отслеживают этот момент и в случае, когда появляется такой незаконный выгодоприобретатель, возбуждается уголовное дело, ведется расследование и возвращается НДС.

Максим Морозов: А приходят к обоим.

Александр Гнедых: Александр Васильевич, мы прекрасно знаем, что для возбуждения уголовного дела нужно, чтобы были выдержаны все эти признаки. Это наличие состава преступления, наличие умысла преступления. Еще же нужно доказать, что это сделано умышленно. А вдруг это сделано по неосторожности – это раз. Во-вторых, разве уголовные дела могут возбуждаться тысячами? Но еще и соответствующая сумма должна быть набрана для того, чтобы были признаки преступления для возбуждения уголовного дела по сумме. Но мы же все равно не можем всех…

Максим Морозов: Александр Викторович, вот все же, что предполагает делать управление налоговой службы?

Александр Гнедых: Я расскажу. Мы когда, изучив эту ситуацию, увидели, что, получается, лишь только к 2% от вновь зарегистрированных…

Максим Морозов: Вопросов нет.

Александр Гнедых: Нет вопросов. Тогда возникает вопрос: а для чего регистрируются остальные 90 с чем-то? Мы начали более внимательно, в совокупности, применять и другие нормы права, не только нормы 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». Но вот сегодня мы говорим, если пакет документов представлен на регистрацию на квартире, где два собственника, то один из собственников этой квартиры может сказать: «Зачем мне регистрация предприятия?» Если Гражданский кодекс и Жилищный кодекс гласит, что квартира с видом разрешенного использования для проживания, но он заявляет вид деятельности «Изготовление сталеалюминиевых конструкций», не имея обособленных подразделений.

Максим Морозов: Это распространенный случай – то, что вы рассказываете?

Александр Гнедых: Ну это не тысячи – сотни, десятки сотен таких случаев есть, когда мы отказываем. Мы говорим: «Как вы себе представляете изготавливать сталеалюминиевые конструкции на квартире?»

Максим Морозов: Давайте на пальцах просто, раз-два-три: какие меры?

Александр Гнедых: Первое: мы начали сегодня более внимательно смотреть пакет документов, подаваемый на первичную регистрацию. Я сразу приведу статистику, чтобы все понимали, что это…

Максим Морозов: Это шуму наделало летом.

Александр Гнедых: Ну, вот давайте я про лето, и про зиму, и про позднюю осень расскажу. В январе этого года – мы говорим только про 2019 год – в январе процент созданных от количества поданных был – 46. Ну, могу назвать: было подано 2900 заявлений, было создано 1346. То есть процент создания 46, процент отказа – 54.

Максим Морозов: За месяц?

Александр Гнедых: В январе, за месяц. Итак, я называю в процентном отношении количества созданных и количества отказов.

Максим Морозов: Ну, может быть, все 12 не надо, хотя бы тенденцию.

Александр Гнедых: Ну, вот давайте я назову, январь я уже назвал. Из общего количества поданных 46% зарегистрировано, 54% отказа. Давайте через месяц хотя бы.

Максим Морозов: Давайте, да.

Александр Гнедых: Март: 38% созданных, 62% отказанных. Июнь: 45 созданных, 55 отказанных. Сентябрь: 30 созданных, 70 отказанных. Ноябрь: 43 созданных, 57 отказанных. Ну, и декабрь: 43 созданных, 57 отказанных. Всего по году 42% созданных, 58 – отказанных. То есть близко… Какой месяц, называйте?

Максим Морозов: Летняя аномалия.

Александр Абросимов: Летняя аномалия, когда у нас было по 18%, 20%.

Александр Гнедых: Александр Васильевич, я называю самый меньший процент зарегистрированных – это в сентябре, 30% создано, 70 – отказано.

Александр Абросимов: Да, Александр Викторович, мы рассматривали с вами эти вопросы, у нас и другие есть примеры, когда предпринимателю отказывали на том, что он регистрировал 20-е предприятие, да, и посчитали, что… А на самом деле это фитнес-клуб и у него индивидуальное по каждому району открывалось предприятие.

Максим Морозов: Типичный случай.

Александр Абросимов: Здесь это такие типичные случаи, которые на сегодняшний день, когда вы достигли показателей в районе 40-ка…

Александр Гнедых: 42-х.

Александр Абросимов: 40-42%, практически мы обсуждаем с бизнесом эти вопросы, но в целом, конечно, сейчас вот такой остроты по регистрации нет.

Максим Морозов: Сейчас нет, а летом была?

Александр Гнедых: Ну, когда начали эту работу.

Александр Абросимов: Было организовано консультационное окно на базе 15-й налоговой службы.

Максим Морозов: Две консультации.

Александр Абросимов: Две консультации, предприниматели обратившиеся могли получить консультацию – почему ему не регистрируют.

Александр Гнедых: Мы подкорректировали работу. Доходило до 5 консультационных окошек, где всем желающим были даны консультации.

Максим Морозов: Человеческим языком, не вот этими формулами из законодательства, да? Потому что «деятельность не соответствует заявленной в уставе».

Александр Абросимов: Там не формулы, там просто «предоставление недостоверных сведений» и все. Без расшифровки. А в чем заключается недостоверность?

Максим Морозов: Эти две консультации, которые будут по-человечески расшифровывать, продолжат свою работу?

Александр Гнедых: Конечно.

Максим Морозов: На постоянной основе?

Александр Гнедых: На постоянной основе.

Максим Морозов: Где они работают?

Александр Гнедых: Они работают у нас на Красного Текстильщика, в 15 инспекции. Далее, по технологии работы, если налогоплательщик не согласен с доводами регцентра, он вправе подать апелляционную жалобу в управление. Сегодня плательщик может написать, что эту жалобу должны рассмотреть с непосредственным участием руководителя управления.

Александр Абросимов: С непосредственным участием руководителя Управления и личным присутствием налогоплательщика. Это важно.

Александр Гнедых: Или его законного представителя.

Максим Морозов: Это все очно происходит.

Александр Гнедых: Да, конечно, это так же, как мы сейчас вживую общаемся.

Максим Морозов: Сколько таких встреч?

Александр Гнедых: В неделю бывает три, четыре, до пяти.

Максим Морозов: За 19 год спрошу. Кадровые решения принимали? Сколько человек уволили, в том числе руководителей налоговых инспекций?

Александр Гнедых: Пять.

Александр Абросимов: Пять.

Максим Морозов: Какие причины?

Александр Гнедых: Один – начальник инспекции уволен по возбужденному уголовному делу, но это еще был 18 год. Второй в рамках проведенного совместно с офицерами правоохранительных органов антикоррупционного профилактического мероприятия, по результатам которого начальник инспекции сам написал заявление. И три начальника инспекции уволены за хронически слабые показатели служебной деятельности.

Максим Морозов: Это много, мало?

Александр Гнедых: Из 23-ех – 5, как вы считаете?

Максим Морозов: Чистка рядов.

Александр Гнедых: Конечно, много. Чтобы исключить ошибку сегодня налоговый орган работает по принципу риск-ориентированного подхода, т.е. позвали плательщика к себе, не просто так по телефону «приходи завтра, мы там что-то расскажем». Нет. Пригласили надлежащим образом, рассказали, что есть риски, предложили, как эти риски исправить. Сегодня законодатель предоставил возможность: если плательщик подготовил уточненную декларацию, оплачивает эту сумму, затем предоставляет, сегодня не применяется 20% финансовая санкция. Это много.

Александр Абросимов: То, что на сегодняшний день меня как уполномоченного волнует больше – это продолжение проверки юридических лиц нашего города, это недостоверность сведений. Потому что сейчас, насколько я понимаю, Александр Викторович, вы веерно разослали по всем налогоплательщикам, которые стоят на учете, о недостоверности юридических сведений.

Александр Гнедых: Ну, Александр Васильевич, слово «веерно»… Те, кто на самом деле находится вне достоверности, но уже если..

Максим Морозов: …если их много, то получается…

Александр Гнедых: Давайте я назову статистику. В среднем у нас по более или менее крупным инспекциям 20-25 тыс. юридических лиц на налоговом учете в больших инспекциях. 52%, а в некоторых районах до 65% тех, кто не отчитывается. Что с ними делать? Они в реестре, печать в кармане, мы же не задаем вопрос тем, которые отчитываются, если есть предприятия, которые в реестре, оно отчитывается, но предоставляет нулевую отчетность. Мы же не можем сказать ему, у нас нет таких оснований…

Максим Морозов: Почему ноль?

Александр Гнедых: Да, почему ноль? Сегодня в первую очередь работаем с теми, кто не отчитывается, т.е. не предоставляет отчетность никакую. Сегодня законодательство построено следующим образом: если предприятие не отчитывается в течение года, и нет движения в течение года по расчетному счету, которого вообще в природе может и не быть. А может быть: расчетный счет открыт, но нет движения, такое предприятие подлежит ликвидации из реестра.

Александр Абросимов: За 9 месяцев этого года практически были по предоставленным недостоверным сведениям, по мнению налоговой, закрыты 18 тыс. предприятий.

Александр Гнедых: Да, ну давайте я приведу данные тогда.

Александр Абросимов: И там же не только те компании, которые не сдавали...

Александр Гнедых: В первую очередь мы начинаем работать по тем, кто не отчитывается. В некоторых инспекциях, когда были обследованы адреса, процент несоответствия доходил до 88.

Александр Абросимов: Опять же, несоответствия в чем?

Александр Гнедых: Александр Васильевич, несоответствие может быть по адресу – раз, по учредителю – два, по руководителю – три. Мы же не говорим, что в 100% случаев несоответствие по адресу. Сегодня говорим о комплексном подходе.

Александр Абросимов: В большинстве своем все равно это места массовой регистрации, в которых бизнес был зарегистрирован налоговой службой.

Александр Гнедых: Массовой регистрации. Или сегодня мы отказываем в регистрации, когда бизнес регистрируется на адрес, где уже более 50% там, кто находящиеся, уже вне достоверности. Сегодня есть разъяснения суда, что если более 50% на этом адресе уже внесено в недостоверность, то мы просто на этот адрес не регистрируем, если он считается адресом массовой регистрации. Так вот все-таки по внесению записей по недостоверности. На 1-ое января 18 года таких было внесено 37 тыс. или мы по другому скажем: за 17-ый год было исключено 46 тыс., за 18-ый – 57, за 19 – 44. Где же мы сегодня говорим, о каком-то, если у нас на 13 тыс. больше было исключено в 18 году нежели, чем в 19?

Максим Морозов: О чем тогда говорит динамика, Александр Васильевич?

Александр Абросимов: Это говорит о том, что когда первые проверки по достоверности сведений проводились в отношении компаний, которые не сдают декларацию либо сдают с нулевой отчетностью. Сейчас практически каждый день приходят жалобы по поводу как раз массовой регистрации по адресу, т.е. сегодня по большинству компаний отправлены уведомления о предоставлении недостоверных сведений. Хотя опять же...

Максим Морозов: Так это инертность получается какая-то?

Александр Абросимов: Со статьей 54 Гражданского кодекса у нас предусмотрено при регистрации в реестре юридических лиц – это должно быть место для связи с компанией, не нахождения, для связи, для того, чтобы она могла получать…

Максим Морозов: Почтовый адрес.

Александр Абросимов: Да, почтовый адрес, корреспонденцию, осуществлять свою деятельность.

Александр Гнедых: Это адрес постоянно действующего исполнительного органа. Скажем так: мы решили, нашли основания для проведения мероприятий налогового контроля.

Александр Абросимов: Но для этого должны быть основания.

Александр Гнедых: Нет, подождите. Если мы находим основания, это же не означает, что их нет. Где мы будем искать его на почтовом адресе?

Александр Абросимов: Основания определены Налоговым кодексом. Какие основания, по которым должна осуществляться эта проверка?

Александр Гнедых: Ну хорошо, давайте считать тогда так, что мы их нашли. Сегодня мы говорим, если мы делаем проверки, значит мы основания находим. Где мы будем искать этого руководителя, на каком почтовом адресе?

Максим Морозов: Пишите на почтовый адрес, пишите запрос на почтовый адрес.

Александр Гнедых: Хорошо.

Александр Абросимов: Сегодня есть личные телефоны, домашние телефоны, есть почтовые адреса.

Максим Морозов: Электронный адрес.

Александр Гнедых: По кодексу проверка может делаться либо в офисе налогового органа при письменном согласии налогоплательщика, когда он принесет весь пакет документов туда, либо он скажет, вот у меня офис, пожалуйста, вот у меня комната, делайте у нас. Это право налогоплательщика самому выбрать, где будет проводиться проверка: либо у него в офисе, либо он даст согласие в офисе налогового органа с предоставлением пакета документов туда.

Максим Морозов: Александр Васильевич, тогда ваше предложение. Я вижу, что это конфликтная позиция по поводу почтового адреса и адреса регистрации.

Александр Гнедых: Я прокомментирую до конца ситуацию. Никакого конфликта нет, поскольку сегодня нет ни одного налогоплательщика, который обратился бы на необоснованные действия в Арбитражный суд и суд бы поправил нас. За весь период у нас две жалобы в Федеральную налоговую службу ушли на действия налогового органа.

Максим Морозов: В Москву вы имеете в виду?

Александр Гнедых: Да, в управление. То есть сегодня мы говорим, если бизнес чувствует, что он сам в чем-то виновен, как моя бабушка говорила, либо бог шельму метит, либо на вору шапка горит. Вот он никуда не идет и никуда не обращается. Значит он чего-то опасается, потому что если он подаст в суд, суд назначат же судебное разбирательство с предоставлением всех документов, а бизнес понимает, что он только усугубит свое и без того нелегкое положение.

Александр Абросимов: Решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.07.19…

Максим Морозов: Все-таки было!

Александр Абросимов: … по поводу недостоверности сведений, где суд отменил решение налоговой.

Александр Гнедых: Единичный случай.

Максим Морозов: Ну да, право не прецедентное.

Александр Гнедых: Что такое недостоверность? Александр Васильевич, вот если мы говорим, недостоверность – это означает, что жизнь закончилась, уважаемые коллеги!

Александр Абросимов: Жизнь закончилась.

Максим Морозов: Ну для бизнеса-то закончилась!

Александр Гнедых: Нет, она только начинается

Максим Морозов: Еще попробуй камеральную проверку...

Александр Гнедых: Подождите, до камеральной еще дожить надо. Давайте мы с недостоверностью закончим. Мы сегодня говорим, что такое недостоверность, когда налоговый орган увидел несоответствие чего-то с чем-то. Что нужно сделать бизнесу? Заполнить специальную форму, приложить договор аренды, что он находится по такому-то адресу, показать протокол собрания учредителей...

Максим Морозов: Проблема то в чем здесь? В коммуникации?

Александр Гнедых: Да вообще нет проблемы!

Александр Абросимов: Скажите, пожалуйста, когда включаются в реестр компании, предоставляющие недобросовестные сведения?

Александр Гнедых: В реестр включается тогда, когда при первичном…

Александр Абросимов: Через 30 дней после осмотра.

Александр Гнедых: Да, правильно, но технология выглядит следующим образом: территориальные инспекции обследуют адрес. Пришли, они же смотрят регистрационные документы: улица такая-то, дом, помещение такое-то…

Александр Абросимов: Они его проводят вместе с предпринимателем?

Александр Гнедых: Да где ж его найти, предпринимателя?!

Александр Абросимов: Ну когда нужно находят, Александр Викторович! Когда проверка – нет?

Александр Гнедых: Сегодня мы говорим, если у нас в руках заявление собственника этих площадей, что такой товарищ у нас по данному адресу уже 3-ий год не находится. Зачем нам предприниматель нужен?

Александр Абросимов: Зачем 3-ий год? Есть компании, которые работают, сдают декларации и т.д.

Александр Абросимов: Мы изучали документы нигде, ни в 129, ни в письме ФНС не прописан вообще регламент этих проверок. У нас в Налоговом кодексе прописан регламент камеральных проверок, выездных…

Александр Гнедых: Александр Васильевич, с чего вы взяли, что это проверка? Вы с чего взяли, что это проверка, если это самое настоящее обследование! Это никакая не проверка.

Александр Абросимов: Обследование, которое влечет за собой включение в список не…

Александр Гнедых: Александр Васильевич, вот мы сейчас не о том говорим.

Максим Морозов: Это лингвистические термины, как не назови: «проверка», «обследование», но факт-то какой? Чтобы выяснить информацию.

Александр Гнедых: Сегодня законом предусмотрено. У каждого из нас, если мы достанем паспорт из кармана, там у нас будет регистрация либо временная, либо постоянная? Конечно, будет. Потому что сегодня этого требует закон. Александр Васильевич задал сегодня вопрос насчет 30 дней, так вот, прошли не проверки, прошли обследования адресов. Именно, сличая их с пакетом документов, с регистрационным, когда плательщик регистрировался, в реестр внесли документы, что данное юридическое лицо находится по такому-то адресу, в таком-то доме, в таком-то помещении. Пришли, его нет. Составляется соответствующий документ территориальным налоговым органом – это те инспекции, которые у нас в районах, на земле работают. Далее этот документ направляется в Единый Регистрационный Центр, в 15 инспекцию на Красного Текстильщика, там обрабатывается этот документ и налогоплательщику на тот же адрес направляется 15 инспекцией документ. И 30 дней дано плательщику, чтобы...

Максим Морозов: Найтись!

Александр Гнедых: Найтись и привести ситуацию, да даже больше того, если он не нашелся и после 30 дней внесли в реестр, как недостоверность, но он нашелся на 31 день или на 32, он должен заполнить соответствующую форму, которая приведет свое состояние в порядок, и его из недостоверности уберут.

Максим Морозов: По новому адресу?

Александр Гнедых: По новому адресу, я и говорю. Сегодня вообще никаких проблем в этом нет. Что такое недостоверность? Как она появилась?

Александр Абросимов: Есть проблема.

Максим Морозов: В чем проблема?

Александр Абросимов: Проблема в том, что как только предприниматель попадает в реестр, в который предоставлена недостоверная информация, он практически прекращает свою деятельность.

Александр Гнедых: Не правда.

Александр Абросимов: Я вам говорю, Александр Викторович. О том, что он на сегодняшний день…

Александр Гнедых: Почему вы так критически смотрите на это?

Александр Абросимов: Он не может сдать сегодня налоговый отчет, потому что у него Единый Центр Документов не принимает, потому что этот перечень сегодня общедоступен.

Александр Гнедых: Вы начинаете со второго сразу, пропустив первое.

Александр Абросимов: А я сегодня хочу сказать: 30 дней, ведь предприниматель не знает, когда его обследовали. Он получает из 15..

Александр Гнедых: Ну как не знает? Если ему направили. 15 инспекция ему направила. Конечно, не знает, потому что по адресу не находится!

Александр Абросимов: Нет, вот смотрите. 15 налоговая отправляет ему извещение, когда его уже включили в список.

Максим Морозов: Порядок. Получается, вопрос в порядке.

Александр Абросимов: Да, его уже включили в список недобросовестных компаний, предоставивших недостоверные сведения.

Александр Гнедых: Александр Васильевич вот нам с вами, еще, вот прямо мы отсюда выйдем из студии и сразу опять поедем в 15.

Александр Абросимов: Наверное.

Александр Гнедых: Да, и там нам расскажут технологию работы. Еще раз, уважаемые коллеги. После того, как те, как вы сказали, Максим, кто находится на земле, обследовали. Александр Васильевич, не проверили, а обследовали. Это существенно разные вещи.

Максим Морозов: Мы не поняли с Александром Васильевичем, в чем разница.

Александр Абросимов: Да.

Александр Гнедых: Обследовали, что его нет по адресу…

Александр Абросимов: А потому что нет регламента.

Александр Гнедых: Его нет по адресу, но он его заявил в своих регистрационных документах. Приходит документ в 15 инспекцию, 15 инспекция направляет и говорит: «Товарищ налогоплательщик, мы вам направляем туда, где вы у нас в реестре находитесь». Мы же не знаем, где он на самом деле находится. Придите, заберите по этому адресу, вам вручена корреспонденция. Открывает, читает: «Вы вне достоверности». Пишут, что вас по этому адресу нет, вот у нас документ от собственника этого помещения, который сказал, что у нас арендует и у нас заключены договора аренды раз, два, десять предприятий, а 20,30, 40 – таких уже нет давно. Были когда-то, сейчас их нет. И сегодня мы говорим: 30 дней дано на то, чтобы привести в порядок…

Максим Морозов: Крутись, вертись, если ты получил эти документы.

Александр Гнедых:Чтобы не попасть в недостоверность.

Александр Абросимов: Да получают.

Александр Гнедых: Мы говорим, если все-таки попал в недостоверность, да, правильно Александр Васильевич там написал, что не принимают у него декларацию, не могут ему зарегистрировать на это лицо новую фирму, если он в недостоверности. Мы сегодня говорим, сколько времени...

Александр Абросимов:Банки и счета приостанавливают.

Максим Морозов: Фирма парализована!

Александр Гнедых:Сколько нужно времени, чтобы уйти с недостоверности, уже когда ты в нее вошел. Один день!

Александр Абросимов:Как один день, если там, допустим, по вашим санитарным нормам площадь не соответствует. Один день – никак, это два месяца минимум. За 30 дней известить арендодателя и найти новое помещение.

Александр Гнедых:Ну почему вы усугубляете ситуацию заведомо?

Максим Морозов: Может же быть такое?

Александр Абросимов:У меня просто такие обращения, Александр Викторович.

Александр Гнедых:Ну, если таких обращений у вас 3,5, 10, а я говорю сегодня о 120 тыс. неотчитывающихся предприятий, как мы можем сравнивать проценты эти?

Автор:
Поделиться
Комментировать Связь с редакцией
Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.

Рекомендуем

Сокровища 2019: дореволюционный коньяк, боярские саркофаги и печать древнего таможенника
Археологи Северо-Запада и непрофессиональные искатели сокровищ подвели итоги года.
Продажи люксовых товаров в аэропортах бьют рекорды
При этом обороты торговых сетей в этом сегменте показали падение.
Единая база учета преступлений появится в России
Предполагается, что доступ к ней будет открытым.
На выборах проявился активизм, а мусорная реформа вызывает тревогу
Петербургские политологи и социологи подвели итоги года.

Комментарии

  1. Дмитрий 30 декабря 2019, 20:22 # 0
    На счёт « обследований»
    Неправда это… конкретно в нашем случае не было никакого обследования, вернее так к в бизнес — центра где мы арендуем офис регулярно приходят и они регулярно подают списки, арендаторов Но « письмо счастья» мы получили… хотя арендуем помещение больше 10-ти лет
    По уверениям администрации города никто конкретных вопросов по нашей компании не задавал и нас не искал — если бы искали то просто зашли бы в наш офис…
    Причём по факту получили его за два дня до истечения 30 дней
    Полагаю просто веером разослали всем подряд
    1. Дмитрий 30 декабря 2019, 20:24 # 0
      Неправда на счёт обследований — в нашем случае Никто не приходил — если бы приходили — не увидеть нас по месту регистрации было бы невозможно…
      Полагаю просто « веером» разослали « письма счастья»
      Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.